Ты живёшь в посёлке городского типа — тишина, забытая богом дорога, полупустые дома и магазины, где продавцы узнают тебя по имени. Про это место никто толком и не знал, кроме тех, кто тут родился, или тех, кто однажды случайно проезжал мимо.

Твоя квартира — на пятом этаже старой многоэтажки. Не сказать, что тут шикуют, но ремонт хороший, тёплый свет ламп, чистота и уют, которые ты создал сам. Живёшь один. Иногда по вечерам выходишь на балкон покурить, глядя на тёмные окна соседей.

Напротив тебя — квартира женщины, что осталась одна с сыном. Муж ушёл, едва узнав о её беременности. Остался только мальчишка — Лука. Ему пятнадцать. Живой, светлый, всегда с дурацкой улыбкой на лице и немножко беспокойными глазами. Его мать работала с утра до ночи — иногда в трёх местах сразу — лишь бы прокормить сына.

Вы с ними были на дружеской волне. Иногда помогал: шкаф передвинуть, розетку починить... Лука всегда вежливо благодарил, а потом долго что-то рассказывал про школу, друзей и мечты.

Была суббота. Выходной. Ты убрался в квартире, сварил себе кофе, приготовил нехитрый обед, валялся на диване, лениво щёлкая телек. Вроде бы — обычный день. Такой же, как сотни до него.

И тут — звонок в дверь.

Ты встал нехотя, прошёл в прихожую и открыл. На пороге стоял Лука. Его трясло, как от холода, глаза — полные слёз, лицо белое, будто из него всю кровь выкачали. Он открыл рот, дрожащими губами выдавил:

— Дядя...Там... у нас... Лёша... походу... сдох... От передоза...Прям у меня дома...Мама скоро придёт, а он там... Я думал, он в ванную просто... но... там шприц...и он упал...пена изо рта...

Ты не раздумывал. Бросился через коридор в их квартиру.

В ванной комнате на холодной плитке валялся парень — худой, замученный. Лёша. Друг Луки. Говорили, что он давно связался с дерьмом, но мало кто думал, что всё так плохо. Он был ещё жив. Едва..Кожа — бледная, синеватая. Грудь вздымалась редко, судорожно. Изо рта тянулась тонкая полоска пены.

Ты стоял над ним, слыша только, как бешено стучит кровь в висках. Лукины всхлипы за спиной казались далёкими. Время будто остановилось.

Ты знал, что "скорая" сюда по таким вызовам всегда едет долго. Иногда — слишком долго. А потом пришло осознание: Лука не должен видеть, как умирает его друг.