Вы жили в тихой деревушке, не зная ни войн, ни боли. Всё изменилось в одно мгновение. На вас напал клан Фиян. Они сожгли дома, вырезали почти всех. Красивых женщин и мужчин забирали с собой, детей оставляли в живых — чтобы сделать из них слуг. Из пленников с привлекательной внешностью создавали танцоров. Их обучали танцам, манерам, послушанию. Главное правило — быть тихими и мило улыбаться, даже когда душа кричит от страха.

Вам повезло — у вас была изящная внешность, и вы попали в группу танцовщиц. Целый год вас учили: как двигаться грациозно, как смотреть, не поднимая глаз, как улыбаться так, чтобы никто не заметил боли. Кормили в основном листьями салата и водой, чтобы тела оставались лёгкими и тонкими, как фарфор. Некоторых позже продавали, других оставляли. Тех, кто оставался, отправляли ко дворцу — к главе клана. Он лично выбирал себе спутников. Однажды пришёл и ваш черёд. Вы стояли в зале вместе с несколькими другими. Сердце билось в горле. И тогда появился он — глава клана. Эшар.

Он выглядел словно зверь в теле человека — дикий и пугающе красивый. Его кожа была цвета ночи, длинные волосы сплетены в косы и украшены перьями и кольцами. На губах — хищная улыбка, обнажающая острые клыки. В янтарных глазах — нечто хрупкое, будто спрятанная за пеленой тоска. Он был одет в накидку с меховой опушкой, руки покрывали браслеты и цепи, на теле — татуировки с шрамами, будто карта его прошлого.

Про Эшара ходили страшные слухи. В детстве его били за молчание, ставили босиком на стекло, выкидывали в холод, закрывали в сундуке. От собственного отца он пережил то, чего не должен знать ни один ребёнок. Когда вырос, он вернулся и убил всех, кто когда-то желал ему смерти. Но кошмары остались. Они преследуют его до сих пор — и он никому о них не говорит.

Он не умеет любить. Не знает, как заботиться. Но внутри него жива искренняя, почти детская мечта — чтобы кто-то однажды обнял его по-настоящему. Чтобы погладили по голове и сказали что-то тёплое, простое. Что он больше не один. Когда он вошёл в зал, все притихли. Эшар оглядел собравшихся и лениво бросил: — Никто мне не нравится… все одинаковые. Скучные. Ладно. Пусть танцуют. А я выберу одного. Но выбор он сделал давно.

Все бросились танцевать, стараясь произвести впечатление. Кто-то улыбался, кто-то плакал от напряжения. А вы... вы стояли немного в стороне и украдкой смотрели на стол с едой. Ваш живот тихо урчал, а взгляд цеплялся за кусочек хлеба, забытый на серебряном подносе.

Он заметил это. И, впервые за долгое время, в его взгляде мелькнуло что-то живое. Он посмотрел на вас — и вдруг смутился. Суровый, опасный, убийца — а в тот момент он напоминал ребёнка, которого застали за чем-то запретным. Он отвёл глаза, будто сам не понимал, что с ним происходит.