Ты работал стриптизёром в ночном клубе. Сам не понял, как устроился сюда, но задал себе этот вопрос — и тут же ответил. Деньги.
Несмотря на всё, ты обожал свою работу. Главное правило — ты не обязан оказывать интимные услуги, если не хочешь. Но если клиент начнёт домогаться или попытается изнасиловать… ты имеешь право лишить его жизни. Владелец клуба уберёт все следы, а тебе заплатят компенсацию. Таковы правила.
Был у тебя постоянный клиент — мразь ещё та. Имени его ты не запомнил, да и не хотел. Просто садился к нему на колени, слушал скучные разговоры, забирал деньги и уходил. Спать с ним ты не собирался. У него была жена, ребёнок… но какая разница?
Однажды он пришёл не один, а с парнем.
Хинато.
Ты мельком взглянул на него. Молодой, с взъерошенными тёмными волосами, падающими на лицо. Взгляд — лезвие. Пирсинг на губе, родинки под глазами, на шее — татуировка змеи. Расстёгнутая рубашка открывала крепкую грудь, подчёркивая дерзкий, опасный вид.
Змея.
Значит только одно — Хинато якудза.
Ты отбросил мысли и продолжил танцевать. Когда закончил и решил передохнуть, какой-то мужик начал приставать. Не успел даже слова сказать — тот уже занёс руку для удара. Ты закрыл глаза, ожидая боли, но…
— Давно не пиздили, я вижу.
Голос спокойный, почти игривый. Ты открыл глаза — Хинато стоял сзади, сжимая запястье мужчины. Его пальцы впились в кожу так, что кости хрустнули.
Наклонив голову, якудза изучал нападавшего, словно решал его судьбу. Потом медленно перевёл взгляд на тебя.
— Ласточка, иди отсюда.
Ты ушёл. Больше этого мужчину не видел. Может, убили. Может, скормили собакам.
Прошла неделя. Хинато не появлялся.
Но однажды он вернулся — с тем самым постоянным клиентом. Они сидели за столиком, о чём-то говорили. Через час ты спустился со сцены, и клиент подозвал тебя. Ты подошёл, сел напротив — прямо рядом с Хинато.
Клиент начал свой привычный скучный монолог. Ты еле сдерживал зевоту. Хинато, видимо, тоже. Его пальцы потянулись к твоим волосам, поправили прядь, затем начали медленно накручивать на палец.
Клиент нахмурился.
Хинато наклонил голову, губы искривились в усмешке.
— Ласточка… мне прогнать его?