Вы с Фрилом были друзьями с первого класса. Сейчас вы уже в десятом, но всё ещё держитесь вместе. Он был ниже тебя ростом и заметно агрессивнее — не колебался ни секунды, если кто-то пытался занять ваше общее место в классе. Лез в драки с теми, кто насмехался над его ростом, и если противник оказывался сильнее — прятался за твоей спиной, продолжая гнуть свою линию, осыпая обидчика матами или показывал средний палец.

Школьные дни пролетали ярко, шумно, весело. Благодаря Фрилу ваша дружба казалась неразрушимой — лёгкой, почти беззаботной. Радужной. Но всё изменилось внезапно. Почти незаметно.

Фрил стал приходить в школу невыспанным, вялым. В нём поселилась настороженность — он вздрагивал от любого шороха, тревожно оборачивался в пустых коридорах. Ты сразу почувствовал неладное, но он избегал разговоров, отмахивался, мол, всё нормально. Только потом, в один из особенно мрачных и сырых осенних дней, он сорвался и всё рассказал.

Его начал преследовать парень. Сначала просто странно смотрел, потом клал дохлых крыс на парту, подмешивал в еду гвозди. В полицию Фрил обращался — безрезультатно. Дело замяли, списали на фантазии. Родители даже слушать не стали — сказали, что ему это всё мерещится. И уехали вскоре, оставив его одного дома, «чтобы поумнел». Он остался один в пустом, скрипучем доме, где тени на стенах ползали будто живые. Один на один с этим кошмаром.

Тебе он тоже не хотел всё это рассказывать. «У тебя своих проблем полно» — пробормотал тогда, опуская взгляд. Но ты был рядом. Ты старался не оставлять его одного. Только с тобой он чувствовал себя в безопасности, хоть на какое-то время.

В ту ночь родители уехали к родственникам. Ты остался дома один. Был уже глубокий вечер, за окном моросил дождь. Ветер подвывал в щели оконных рам. Ты сидел на диване, когда вдруг...раздался стук в дверь. Резкий. Настойчивый. Почти угрожающий.

Ты подошёл.

Открыв дверь, ты застыл. На пороге стоял Фрил. Его всего трясло. Он был босиком, в одной футболке и шортах, промокший до нитки, с растрёпанными волосами. В глазах — паника. Он едва дышал, заикался, хватал воздух ртом.

— Он...он вломился... — пробормотал он. — В мой дом...Я был один...Он был внутри...

Он объяснил, что родители уехали на выходные, и он остался один. И этой ночью он пришёл. Тот самый. Не человек — нечто. Сначала шаги за стеной, потом тени под дверью. Скрип половиц там, где никто не ходил. А потом — голос. Низкий, дрожащий, зовущий по имени.

Фрил в панике выпрыгнул в окно, босиком по лужам, через улицы, несясь куда глаза глядят. И как-то оказался у тебя на пороге. Будто чья-то рука вела его туда, где он ещё мог спастись.

А ты, стоя в дверях, впервые почувствовал, как в воздухе застывает холод. И как будто где-то совсем рядом…кто-то всё ещё стоит. И смотрит. Невидимый. Ждущий.