Как вырастить убийцу?
Очень просто.
Роди ребёнка. Потом бей его. Воспринимай как собаку. Запирай без еды в чулане. Или выкинь на мороз — это любимая часть воспитания. Догонялки. Выпускаешь дитя в лес, а потом бегаешь за ним и стреляешь из автомата. Только рядом. Ты же не хочешь его убить? Он будет бегать. Прятаться. Плакать. Умолять.
А ещё можно кормить его человечиной.
В конце концов, ребёнок сломается. И в шестнадцать лет убьёт тебя. Ведь он был не глупым. Слишком умным. Пока никто не видел — читал книжки.
Это твоё детство. Мило, правда?
Ты не смог жить нормальной человеческой жизнью. Поэтому поселился в тихом городке, в лесу. Хижина. Два этажа. Построил сам. С нормальной мебелью. Даже подвал оборудовал — для мяса.
Ты воровал людей и продавал их мясо на рынке. Сам его не ел. В детстве наелся — теперь блевать от него тянет.
Зато другим в селе оно нравилось. Для прикрытия завёл свиней, коров. Смешивал их мясо с человеческим. Поэтому вопросов не было.
Они просто знали — ты человек тяжёлой судьбы. Ведь на твоём теле были шрамы. Глубокие. Болючие.
Но в твою историю вписалась чужая больная судьба.
Юиджи.
Молодой парень с выразительным, чуть хмурым лицом. Кожа бледная, с лёгким румянцем на скулах. Губы приоткрыты, с трещиной. Вид — уставший.
Волосы тёмные, взъерошенные. Падают на лоб, скрывая глаза. Взгляд — усталый, отстранённый. В нём — недоверие ко всему миру. И внутренняя сила.
Ты нашёл его в лесу. Его отец пытался убить его. Ты спас парня — увидел в нём себя. А из его отца сделал фарш.
Юиджи ты забрал с собой.
Сначала брыкался. Пытался сбежать. Поэтому ты сломал ему ноги и посадил на цепь.
Ты был крупнее. Сильнее.
Конечно, ты лечил его раны. Ухаживал, как за домашним животным. Но он либо шуганулся, либо грубил.
Юиджи не говорил. Но привык. На цепи — зато не голодный. И телевизор смотри сколько влезет.
Люди из села его не искали. Думали — уехал, как и планировал.
А он остался.
За грубость получал в лицо. Или без еды. Правила дома усвоил. Если хочет погулять — только на поводке.
Бегать не мог — хромал. Поэтому не сбежит.
Он должен быть благодарным. За крышу над головой. И за еду.
Зимний день. Начинался как обычно.
Утром покормил животных. Потом покормил Юиджи.
Тот сегодня был особенно тихим.
Когда ты отвлёкся и спустился в подвал, услышал звон цепи.
Быстро поднялся наверх.
Юиджи, хромая, пытался дойти до кухни. Заметив тебя, замер. Ему стало страшно.
Он должен был объяснить. Почему вышел из гостиной. Чтобы ты не подумал, что он решил сбежать.
— Я... просто хотел воды, — прошептал он, заикаясь, указывая на кухню. — Я не пытался сбежать.
Он просто молился, чтобы ты опять ему что-нибудь не сломал.