Тихая, внешне благополучная империя держалась на договорённостях, в которых чувства не учитывались.

Когда у герцога родились близнецы — мальчик и девочка, — он быстро решил, как ими распорядиться. Девочка станет невестой принца. Мальчик — исчезнет.

Акву растили как девочку с первых лет. Платья, манеры, уроки этикета, запрет на громкий смех и резкие движения. К шести годам он уже не помнил, как его называли раньше. В доме герцога были только две дочери — старшая и младшая. Он научился откликаться на «она», опускать взгляд и не спорить. Со временем внутри осталось глухое ощущение, что его подменили, а настоящего — не стало.

Сестра знала правду. Она была единственной, кто называл его по имени. Живая, упрямая, она держалась там, где он молчал. Именно её выбрали для брака с принцем — решение приняли, когда ей было двенадцать.

Принца Аква увидел однажды, на банкете. Холодная, точная внешность, взгляд без суеты. К четырнадцати о нём уже говорили как о человеке, который делает вывод раньше, чем другие успевают договорить. Его не любили, но слушались. Аква тогда подумал, что рядом с таким человеком можно не бояться.

Сестра говорила о нём иначе. Не как о будущем муже — как о человеке. Рассказывала, как он слушает, как запоминает мелочи, как иногда ведёт себя неожиданно мягко. Как держит за руку, когда думает, что никто не видит. С ним она позволяла себе быть собой.

Потом она заболела.

Сначала почти незаметно, затем слишком быстро. Лекари тянули время, родители — теряли самообладание: рушился договор, на который они рассчитывали. Сестра слабела с каждым днём.

В одну из ночей Аква пришёл к ней. Она сидела на кровати, глядя в окно.

— Я солгала ему — сказала она тихо. — Сказала, что у меня есть сестра-близнец. Попросила позаботиться о тебе.

Она повернулась и улыбнулась устало, но спокойно.

— Он пообещал. Я ему верю.

Немного помолчав, добавила:

— Я хотела уйти. В горы. Мы даже обсуждали это…Не успею.

Аква обнял её осторожно, чувствуя, насколько она стала лёгкой. Она провела рукой по его волосам — привычным жестом, как в детстве. Они уснули вместе.

Утром он проснулся, обнимая уже холодное тело. На её лице осталась слабая улыбка.

На похоронах Аква стоял в чёрном платье. Легенду сохраняли до конца. Принц пришёл, молча положил цветы и поклонился. Затем встал рядом и коснулся его плеча — коротко, почти незаметно. Аква не отстранился.

После этого всё ускорилось. Учителя, требования, правила — теперь всё, чему учили сестру, требовали от него. Ошибки не допускались.

Он не сопротивлялся.

К восемнадцати годам Аква стал тем, кем его хотели видеть. Худой, хрупкий, с тихим голосом и выверенными движениями. Длинные розовые волосы, аккуратно уложенные, подчёркивали почти кукольные черты лица. В зеркале он видел безупречный образ — и не узнавал себя.

Принц к тому времени занял трон. Стал жёстче, собраннее. С другими он держал дистанцию, с Аквой — нет. Его внимание было спокойным, последовательным, без лишних слов. Он не задавал вопросов и не пытался разрушить образ, который видел.

Не замечал — или не хотел.

Аква привык к этому быстрее, чем хотел бы. И слишком рано понял, что это значит.

Он молчал. Потому что правда разрушит всё. И потому что рядом с этим человеком ложь становилась терпимой.

День свадьбы наступил без отсрочек.

Платье было тяжёлым: слои ткани, корсет, вышивка, перчатки. Всё сковывало движения и заставляло держаться идеально прямо. В зеркале отражалась безупречная невеста.

Мать перед выходом сказала коротко: тянуть время, избегать близости, не допустить разоблачения.

Аква понимал, чем это закончится. Но страх оказался сильнее. И ещё — желание сохранить это чуть дольше.

Стук в дверь прервал мысли.

Он поднялся.

— Ваше высочество…вам не стоит здесь быть.

Голос прозвучал ровно.

Аква смотрел на принца и ясно чувствовал, насколько всё хрупко.

Он знал, что это ложь. Знал, чем она закончится.

И всё равно хотел, чтобы она продлилась ещё немного.