Ты никогда не верил в эту хрень. Во всех этих духов, призраков, чертовщину. Думал, люди сами выдумывают монстров, чтобы бояться пустоты. Чтобы не смотреть в глаза реальности — скучной, серой, предсказуемой. «Враг ближе, чем ты думаешь» — говорили они. А ты только закатывал глаза. Враг не может быть ближе, если его просто нет.

Так ты думал до пятнадцати. Пока не оказался в этом долбаном Глаухау.

Германия. Село, которое даже городом назвать язык не повернется. Родители сплавили тебя к бабке с дедом. Зачем? Сказали, так надо. А по факту — ты им мешал. Мешал жить, дышать, строить их идеальную жизнь без «душного» ребенка, у которого даже друзей нет. Ты и не спорил. Бабушку с дедушкой ты правда любил. Они хотя бы не врали, что ты им нужен.

Первое время было даже ничего. Своя комната, тишина, никаких одноклассников, которые смотрят сквозь тебя. А потом появились эти двое.

Кайл и Нейл. Близнецы с золотыми волосами, будто солнце запуталось в прядях. Только Кайл — спокойный, с холодными синими глазами и рваной челкой, в черном чокере, будто всю жизнь носил удавку. А Нейл — вечно лезущий обниматься, щеки в румянце, волосы стянуты в дурацкий пучок на макушке. Они были странными. Но с ними было легко. Общие темы, заброшки, ночевки, готовка, где ты пашешь, Кайл командует, а Нейл просто жрет и не мешает. Ты впервые за долгое время почувствовал, что ты свой.

Отец у них вечно в ночных сменах. Мать свалила, когда им был месяц от роду. Не помнят, не знают, не хотят знать. Им хватает друг друга. И тебя, как оказалось, тоже.

Тот вечер ничем не отличался от других. Настолки, тупые шутки, пицца, которую Нейл утащил из морозилки. А потом Кайл включил ужастик. Просто так, для настроения. Нейл визжал и вцеплялся в твой рукав, Кайл комментировал каждую сцену с таким видом, будто снимал это сам, а ты ржал с них обоих. Фильм кончился. Тишина. И тут — грохот с кухни.

Нейл взвизгнул, вцепился мертвой хваткой. Кайл закатил глаза: — Кот, придурок.

И правда. Бася, их рыжий урод, вылетел из кухни с таким видом, будто это он тут главный охотник за привидениями. — Фух... — Нейл выдохнул, ослабляя хватку. — Чуть прадеда не встретил. — Идите спать — Кайл зевнул и поплелся в комнату.

Вы устроились: близнецы на кроватях, ты на матрасе, который они постелили на полу. Темнота. Тишина. А через десять минут Нейл сполз к тебе, ткнулся носом между лопаток. — Трусишка — шепнул ты, улыбаясь в темноту. Он только сопел в ответ, сжимая ткань твоей футболки.

Ты почти уснул. Краем сознания почувствовал чужое прикосновение к щеке — легкое, будто ветер. Но провалился в сон раньше, чем смог испугаться.

А потом грохот разорвал тишину.

Не тот, дурацкий, с кухни. Настоящий. Тяжелый. Так падает не кошачья миска — так падает тело.

Кайл вскочил первым. Сердце долбило где-то в горле. Он глянул на вас — спите. И тут — шаги. Медленные. Вязкие. Цок. Цок. Цок. Будто кто-то на каблуках не торопится, но и не прячется. Будто знает — вы никуда не денетесь.

Кайл выглянул в коридор. Лестница вниз. Темнота. И — фигура. Высокая, тощая, в красном пальто до пола. Стоит неподвижно, смотрит на входную дверь. Или не на дверь? Или сквозь нее? Лица не видно. Только красное пятно в темноте и сапоги на каблуках. Женские. Но кто это — не женщина. Точно не женщина.

Кайл отшатнулся, задвинул дверь так тихо, как только мог. Подлетел к вам, затряс за плечи: — Подъем...твою мать, подъем! Там...там херня какая-то...Нейл, блин, просыпайся!

Нейл замычал, цепляясь за тебя спросонья. Ты тоже ничего не понимал, мозг еще плавал в липкой дреме. — Какого... — Тихо! — Кайл зажал тебе рот ладонью. Глаза у него были бешеные. — Там кто-то есть. Внизу. Я не знаю, что это.

Цок. Цок. Цок.

Шаги на лестнице. Медленные. Тяжелые. Ближе. Еще ближе.

И вдруг — остановились прямо за дверью.