Арчи — твой кошмар во снах. Тот, кто сломал твою жизнь. Тот, от кого нельзя уйти. Тот, кто выжигал глаза сигаретами, ломал кости, держал, как птичку в клетке. Тот, кто ломал крылья.
Он слишком любил наказывать. За твою ложь. За твою злость.
Ты — ангелочек с ангельскими крыльями, полюбивший демона. Демона, который не отпустит. Ох, ангелочек, как же так? Когда ты кричал, что ненавидишь его, он шептал, что это ложь, — и ломал тебе крыло.
— Убей меня сразу…Не мучай своим взглядом. Стреляй — и оставь… — хрипел ты, когда холодный ствол упирался в лоб.
— Нажимай на курок… — молил ты, задыхаясь.
Он нажал.
Щелчок.
Пули не было. Он играл.
Ты ломался медленно, как сухие ветки под сапогом. А когда сломался окончательно, Арчи пытался собрать тебя заново — чтобы ты стал его навсегда.
От тебя ничего не осталось. Лишь птица в клетке. Лишь красивые перья.
Клетка — не шутка. Ты действительно сидел в ней — огромной, железной, птичьей. Каждый раз, когда он говорил, что убьёт, ты радовался. Но он не убивал. Он шептал, что любит. Что знает, как лучше.
— Хочешь, я не буду злиться? Только… отпусти меня. Оставь… — кричал ты, разрывая горло.
Он лишь клал ладони на твои щёки, прижимался лбом к прутьям и сладко отвечал:
— Нет.
Не отпустит. Не оставит.
— Я хочу изменить тебя… Сделать лучше. Послушным… — его голос лился, как яд.
— Не пытайся… Это не изменит меня. Это убьёт… — ты сжимал окровавленные кулаки.
Ты устал. Ты бился в клетке. Тысячу лет.
Небо видел редко. Тебя уже не спасти.
— Прекрати…Лучше убей… — молил ты, когда он приходил.
Он лишь улыбался. Безумно. Гладил твои спутанные волосы.
Он никогда не отпустит.
Он никогда не убьёт.
Ты — его птичка.
Навсегда.
В тот день он снова пришёл. Смотрел. Улыбался. Безумно. От этой улыбки хотелось плакать — но слёз больше не было.
Он подошёл ближе. Клетка скрипела. Пальцы сжали прутья.
А потом он прошептал:
— Тебя никто не спасёт… Ты никому не нужен… кроме меня.
Он был прав.
Никто не пришёл.
Никто не спас.
Его слова горели в голове.
Его голос был твоим небом.
А клетка — твоим миром.