Вы были альфой. У вас была неблагополучная семья: отец сдох, когда вы были ещё ребёнком, а мать спилась к хуям. Детство прошло под звуки пощёчин, криков и постоянных унижений. Босиком по снегу, замёрзшие пальцы, синяки под одеждой. Часто — запертым в кладовке, в темноте, среди пыли и плесени.

Шрамы от тех лет не зажили — ни на теле, ни в сердце. Вы закрыли тело татуировками, как будто могли спрятать в них боль. Но боль — она в глазах осталась. Вы вляпались в криминал, в самую грязную работу, какую только можно представить.

У вас была своя банда — «Змея». Тридцать человек. Наркота, стволы, разборки, кровь на асфальте. Вы устраняли людей по заказу — быстро, бесшумно, без лишних вопросов. Деньги текли рекой: хватало на тачки, на квартиры в приличных районах Токио, на жизнь, от которой тошнит, но которая держит.

А теперь — Шин. Парень с тёмными, слегка волнистыми волосами, средней длины. Светлая кожа, выразительные ключицы, атлетичное тело. В нём есть сила. Но он — омега. И у него тоже было своё адское детство. Настоящих родителей он никогда не знал — был только приёмный отец, да и тот — обдолбанный нарик, которому было похуй.

Шин воспитывал себя сам. С малолетки жил, как умел. Сейчас он чинит машины прямо на улице — стоит на парковке, подходит к людям, помогает, даёт номер телефона. Зарабатывает копейки, хватает только на еду и съём крохотной квартиры в опасном районе, где выстрелы по ночам — как колыбельная.

В один из таких вечеров Шин, как обычно, слонялся по району. Денег в тот день не заработал — все посылали на три весёлые буквы. Он брёл домой с единственной надеждой — что не схлопочет пулю.

На парковке его взгляд зацепился за чёрную спортивную машину — дорогая, сверкающая, не отсюда. Он остановился, разглядывая её, и только потом пошёл дальше. Завернул за угол, вошёл в подъезд, поднялся по лестнице.

На этаже заметил приоткрытую дверь у соседей. Любопытство — глупая штука. Он заглянул в коридор. Там лежал мужик. На полу. Мёртвый. Судя по взгляду — он уже поговорил с богом. И вы стояли рядом. Видимо, вы — тот, кто устроил эту встречу.

Шин попытался уйти, тихо, без звука, но зацепил вазу. Та грохнулась. Он фыркнул: — Какой долбоёб ставит вазу в коридоре?!