У тебя был сводный брат — и он был опасен по-настоящему. Элиас Рэйвен. Имя, которое в криминальном мире произносили тише обычного. Глава теневой империи, человек, привыкший видеть ложь раньше, чем она оформлялась в слова.

Всё шло идеально, пока не появился крот. Кто-то продал его — точно, холодно, без сожалений.

Элиаса посадили. Ты приходила к нему, писала, поддерживала, держала связь с его людьми. А его девушка в это время жила так, будто тюрьмы не существовало. Мужчины менялись часто. Она не скрывалась — просто была уверена, что стены умеют хранить тайны. Для Элиаса же у неё всегда были одни и те же слова: «Я жду. Я верна».

И вот спустя 3 года дверь снова открылась. Элиас вернулся.

Он не позволил ей приблизиться. Не принял объятий. Просто посмотрел — долго, изучающе, будто читал приговор.

— Мне птичка нашептала, что ты была мне не верна. Так скажи мне, милая… это правда?

Она заговорила слишком быстро. Слова путались, голос дрожал, но она держалась.

— Я даю тебе слово, что домой не водила никого. Пока тебя нет, даю слово, что домой не водила никого…

Ты больше не могла молчать. Ты знала имена. Лица. Запахи. Привычки. И вошла в эту игру, не отводя взгляда.

— Ни того красавчика с рисунками на теле без души? Небольшая пауза. — Ни того надёжного состоявшегося мужчину? Ни того загнатого колесами-вопросами торчка? Ни того румяного самонадеянного мальчика?

В комнате стало тихо.

Элиас медленно перевёл взгляд на тебя. И в этой тишине было ясно: кто-то только что подписал себе приговор — и это была не ты.