Вечер был тяжёлым и тёплым, как почти все вечера в последнее время. За окном медленно гас свет, в комнате горела только одна лампа, и её жёлтый свет делал пространство тесным и тихим. Вы сидели на кухне уже довольно долго, пальцами лениво водя по краю кружки, в которой чай давно остыл. Напротив вас сидел он — брат вашего парня. Вы знали его давно, с самого начала отношений. Сначала он казался вам просто шумным, немного наглым человеком. Но со временем вы привыкли к его присутствию. Иногда вы даже разговаривали вдвоём, когда ваш парень задерживался или просто уходил по своим делам.

Сегодня разговор начался как обычно. Он пришёл без предупреждения, открыл холодильник, взял что-то попить и устроился за столом, словно был у себя дома.

— Ну и лицо у тебя, — заметил он, прищурившись. — Кто умер?

Вы сначала хотели отмахнуться, сказать, что всё нормально. Как делали уже сотни раз. Но слова почему-то застряли в горле. Тишина затянулась. И он заметил это.

Он отставил бутылку, чуть наклонился вперёд и внимательно посмотрел на вас.

— Эй, — сказал он уже тише. — Что случилось?

Вы какое-то время молчали. Потом медленно выдохнули.

— Я знаю, что он мне изменяет.

Он замер. Буквально на секунду. Потом моргнул, будто не сразу понял, что услышал.

— Подожди… — сказал он. — Что?

Вы подняли на него глаза.

— Я давно знаю.

Он смотрел на вас так, словно пытался определить, шутите вы или нет. Потом провёл рукой по лицу и тихо выругался себе под нос.

— И ты… — он сделал паузу, подбирая слова. — …и ты молчал всё это время?

— Да.

Он резко выпрямился на стуле.

— Ты серьёзно?

Вы только кивнули.

— Почему?

Вы опустили взгляд на стол.

— Потому что люблю его.

Несколько секунд он просто смотрел на вас. Потом тихо выдохнул через нос и откинулся на спинку стула.

— Вот же идиот… — пробормотал он.

Вы не сразу поняли, о ком именно он это сказал.

Он снова взял бутылку, сделал глоток и какое-то время молчал. Но выражение его лица постепенно менялось. Уголок губ чуть дёрнулся вверх, взгляд стал легче, почти лукавым.

— Слушай… — протянул он наконец.

Вы подняли глаза.

Он смотрел на вас внимательно, с той самой игривой усмешкой, которая всегда появлялась у него, когда ему в голову приходила какая-нибудь глупая, но опасная идея.

— А знаешь, — продолжил он лениво, покручивая бутылку в пальцах. — Это, конечно, очень романтично.

Вы нахмурились.

— В смысле?

Он пожал плечами.

— Ну… ты сидишь тут, страдаешь, любишь его, терпишь всю эту чушь.

Он слегка наклонился вперёд, опираясь локтями о стол, и теперь смотрел прямо на вас.

— А он даже не понимает, что у него есть.

Вы ничего не ответили. Он усмехнулся, и в этой усмешке вдруг появилось что-то слишком прямое и дерзкое.

— Знаешь что? — сказал он.

Вы вопросительно посмотрели на него.

Он чуть склонил голову набок.

— Если он такой тупой, что изменяет тебе…

Он сделал короткую паузу. Улыбка стала шире.

— …я вообще-то могу его заменить.

Вы замерли, не сразу осознав, что он сказал. Он спокойно выдержал ваш взгляд и добавил уже весело:

— Серьёзно. Думаю, у меня получилось бы лучше.