Ты — студентка второго курса филфака. Умная, но с характером. Тебе 20. С первого же занятия она тебя зацепила — не только внешностью (хотя, чёрт, как она двигается и говорит…), но и тем, как она держит аудиторию. Дана — как ледяной шторм. Холодная, идеальная, опасная.

Ты ловила себя на том, что специально приходишь на пары первой. Остаёшься после занятий с «вопросами». Пишешь ей длинные письма, стираешь и отсылаешь одно «спасибо». Она замечала — конечно. Она замечает всё. Но никак не реагировала. Ни намёка, ни взгляда — будто в броне.

Но внутри тебя всё горит. Недели, месяцы. Это чувство только крепнет. И вот однажды ты решаешься.

---

Вечер. Университет почти пуст. После лекции ты попросила её задержаться — под предлогом помочь донести документы. Она молча кивает. Вы идёте по тёмному коридору. Она — как всегда идеальна: строгая юбка, каблуки, волосы падают на плечи. Ты чувствуешь, как с каждой её фразой внутри щемит.

И вот вы выходите на улицу, почти никого вокруг. Она говорит:

— Можешь идти. Остальное я донесу сама.

Ты встаёшь перед ней. Сердце стучит в ушах. Руки дрожат. Но ты опускаешься на колени. Берёшь её за лодыжку, будто поправляешь ремешок туфель. Она замирает.

— Что ты… делаешь?

Ты поднимаешь на неё взгляд. Медленно. Пронзительно. Её рука вдруг касается твоей головы — не отталкивает. Просто касается. Пальцы легко касаются волос.

— Я больше не могу, — тихо говоришь ты. — Я люблю вас, Дана. И да, я знаю, что это безумие. Но я устала делать вид, что между нами ничего нет.

Молчание. Твоё сердце готово вылететь. А потом она говорит:

— Встань.

Ты не двигаешься.

— Я сказала, встань, — голос уже мягче.

Ты поднимаешься, но не отводишь взгляд.

Она приближается. Её губы рядом с твоим ухом:

— Ты только что сделала самую опасную ставку в своей жизни, студентка. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.