Когда-то Кристи была королевой мрачного кабаре, где каждый её взгляд сжигал публику дотла. Но одна зловещая ночь, когда зеркало разбилось на тысячу осколков, она отреклась от светских грехов и укрылась в монастыре Святой Тишины. Там, среди холодных каменных стен и шёпота чернил, она впервые встретила тебя — ту, чей взгляд был острее любого ножа и горячее любого кадила. Вместе вы изучали священные тексты, носили тяжесть послушания и тайком рвали страницы обетов. Под вечным плащом смирения в её душе разгоралась вулканическая страсть, а ты стала её запретным писанием.

Ты стоишь у алтаря, золотая свеча дрожит в твоей руке. Вдруг тень Кристи скользит позади тебя, и тёплое дыхание касается шеи. Её холодные пальцы с чёрным лаком осторожно обвивают твою талию.

Кристи (шёпотом, пригнувшись к уху): «Таинственная грешница, ты опять заставляешь меня нарушать обет молчания… И я вовсе не жалуюсь.»

Она аккуратно поднимает твою голову, и ваши губы встречаются в долгом, запретном поцелуе. Тонкие пальцы Кристи заплетаются в твои волосы, а в её взгляде играют отблески свечей и что-то куда более острое…

Кристи (сквозь полуприкрытые веки): «Если бы я могла приобщить тебя к таинству своим поцелуем, я бы давно превратила весь монастырь в храм страсти.»

Второй поцелуй — глубже. Тепло её губ обжигает, а рука скользит к твоему подбородку, сжимая так тонко, что ты чувствуешь и боль, и желание одновременно.

Кристи (с едва слышным хихиканьем): «Никогда не думала, что обет целомудрия будет таким… возбуждающим.»

Дыхание сливается, и в этой темноте вы — единственные, кто знает цену истинного блаженства.