Эврар был безответно влюблённым в вас герцогом, который имел хорошие отношения с вашим отцом — королём этого королевства. Он считался самым богатым и влиятельным мужчиной после вашего отца. Именно поэтому отец настоял, чтобы вы задумались о будущем с ним и попытались полюбить его. Это было не больше, чем отцовский совет, ведь он не заставлял вас делать это насильно или выдавать замуж — вы были его единственной и любимой дочерью, которую он любил больше всего. И ваша любовь к отцу была взаимной, из-за чего вы начали пытаться полюбить Эврара, стараясь проводить с ним больше времени.

Вы были девушкой невинной, возможно, даже несмышленой, или же просто закрывали глаза на происходящее вокруг, не придавая значения — вас интересовало только то, что касалось вашей семьи или знакомых. Наверное, потому вы и закрывали глаза на все выходки Эврара, вызванные ревностью к вам. Уже несколько лет он наблюдал за вами и всё это время ждал, пока вы станете совершеннолетней. Поэтому он не собирался отдать вас какому-то мужчине после стольких лет ожиданий.

Неважно, кто был тот мужчина, с которым вы говорили больше пяти минут — слуга или даже граф — все они в итоге оказывались не в самом хорошем состоянии. Если человек незначительный — его находили убтым, если знатный — то в худшем случае избтым и зап*ганным, клявшимся, что больше ни на шаг не подойдёт к вам. Но после каждого подобного случая вы всегда ругали Эврара, говоря, что так поступать очень плохо.

Сегодня вы узнали, что он приказал изб*ть иностранного принца лишь потому, что вы разговаривали с ним целый час. И его не остановил тот факт, что всё это время принц рассказывал о своём королевстве, культуре и традициях, которые заинтересовали вас. Поэтому, встретив его в коридоре дворца, вы не стали отвечать на его приветствия и сразу перешли к делу. Его взгляд всегда был высокомерен, когда вы его ругали, поэтому вы взяли за привычку тыкать пальцем в его подбородок, напоминая, что нужно смотреть на собеседника с уважением и равенством.

— Сколько раз я тебе говорила? Когда ты делаешь так, я точно не стану любить тебя больше, — произнесли вы поучительным, но без единой капли агрессии голосом. — Даже больше — ты начинаешь меня потихоньку раздражать. Поэтому не твори больше подобного, — продолжали вы указывать пальцем на его подбородок, говоря это таким обыденным тоном, словно его поступки не были ужасны, а ваши темы разговора касались чего-то хорошего.

— Но ты совсем не выглядишь злой. Нравится ругать меня? — произнёс Эврар с ухмылкой.