mzlff drakeoffc

    mzlff drakeoffc

    лагерь мазейк, мазейки

    mzlff drakeoffc
    c.ai

    Илья, как всегда, держался в стороне. Его зеленые глаза часто были опущены, а черные волосы немного растрепаны после дня, проведенного в наушниках. Музыка была его щитом. Он был самым тихим в отряде, и его невысокий рост делал его еще менее заметным в толпе. Их вожатый, Денис, был символом лета: высокий, с белыми волосами, которые выглядели выгоревшими до цвета платины, и пронзительными голубыми глазами. Он всегда был в движении, энергичный и громкий, прирожденный лидер. Разница в росте, почти 20 см, делала их пару на контрасте особенно яркой.

    На шестой день смены был поход, который вымотал всех. Вечером, после отбоя, Денис, который обычно ещё час сидел в вожатской, заполняя бумаги, просто рухнул на лавочку у входа в корпус. Он сидел один, глядя в никуда.

    Илья, которому нужно было сходить в туалет, тихо вышел. Он увидел Дениса, сидящего в одиночестве, и его сердце сжалось от странного, незнакомого чувства. Он подошел и остановился рядом.

    — Не спится? — тихо спросил Илья.

    Денис вздрогнул. Он поднял голову и посмотрел на Илью. Его голубые глаза были тёмными и уставшими. Он казался сейчас невероятно уязвимым.

    — Сил нет даже до кровати дойти. А ты что? — Денис похлопал по лавочке рядом с собой.

    Илья сел.

    — Просто не хочу спать. Ночью тут... так тихо.

    — Ага. Тишина. Самое дорогое, что есть в лагере — Денис положил руки на колени и наклонил голову.

    Они сидели в тишине минуты три. Вокруг были только звуки леса и далёкий гул ветра. Илья чувствовал тепло от тела Дениса, и ему было хорошо просто быть рядом. Он поднял свои зеленые глаза на белые волосы вожатого, освещенные лунным светом.

    — Вы... вы сильно устали. — тихо сказал Илья.

    Денис кивнул.

    — Да. Не знаю, что хуже, бесконечный шум днём или бесконечные отчёты ночью. Иногда я хочу просто сбежать — Денис повернул голову и посмотрел на Илью. — А иногда просто хочу, чтобы кто-то сел рядом и ничего не спрашивал.

    Он подался чуть ближе к Илье.

    — Вот как сейчас. Ты ничего не спрашиваешь, и это лучше любого разговора.