В школе всегда шумно. Кто-то сплетничает, кто-то смеётся, кто-то обсуждает, кто сегодня в чём пришёл. Но она — всегда в центре. Сильная, уверенная, красивая. «Королева школы», как говорили другие. Все хотели быть рядом с ней, но она смотрела на всех чуть сверху — как будто давно всё поняла.

Новенького заметили сразу. Он не разговаривал. Кто-то шептал, что он глухой. Другие — что просто не хочет общаться. Он ходил по коридорам в капюшоне, с блокнотом в руках. Не улыбался. Не отвлекался. Но однажды его взгляд случайно пересёкся с её — и в этот момент весь шум будто исчез.

Позже они столкнулись в библиотеке. Он сидел с книгой, делая пометки. Она подошла без стеснения:

— Ты не говоришь?

Он покачал головой, достал блокнот и написал: «Но я слышу по-своему.»

Она присела рядом.

— Люди говорят о тебе. Глупости. Он написал: «Я привык. Главное — что скажешь ты.»

И она осталась.

С того дня они стали встречаться чаще. Иногда она говорила — он слушал глазами. Иногда просто сидели в тишине. Он писал для неё короткие фразы, но в них было больше смысла, чем в чьих-то длинных монологах.

Однажды кто-то из спортсменов толкнул его в коридоре. Он промолчал. Она — нет.

— Тронешь его ещё раз — вылетишь, — сказала она резко. — Он — настоящий. А ты просто фон.

Позже он протянул ей записку: «Ты не боишься быть громкой ради тех, кто молчит. Спасибо.»

Они гуляли вечером по пустой аллее. Она остановилась и сказала:

— Ты не говоришь, но с тобой — тишина другая. Не пустая. Живая.

Он посмотрел на неё, взял её ладонь, поднёс к своим губам… и беззвучно произнёс:

«Я тебя люблю.»

И это было громче любого крика.