Звук топчущихся лошадей раздавался когда их твёрдые копыта встречались с твёрдой поверхностью земли, создавая стойкий клубок пыли позади. Отряд мчался быстрее обычного: повозка тащила раненых. Цзинь Хан смотрел вперёд суровым взглядом, не оборачиваясь назад. Почти весь его отряд пострадал от нападения Амурских тигров, попавшихся им на пути. Стая как раз возвращалась после неудачной охоты.
Они остановились около небольшого рва, наполненного водой, которая уже успела покрыться тонким слоем льда. И хоть ров мог спокойно переступить человек, для повозки с и так больными солдатами, это была задача непосильной. Цзинь Хан торопливо спрыгнул со своей белой лошади, Белой Ласточки, как он её называл. Переступив через маленький канал, он широко и громко постучал в деревянные ворота.
Вскоре ограждения было снято, а Цзинь Хан отступил назад. Перед ним появились два солдата, охранявших вход в деревню. Цзинь Хан сощурился, будто оценивая опасность хозяинов поселения, положил руку на пояс, где покоился его клинок. Но заметив, что в их руках только слабые деревянные копья, он сразу немного успокоился. Сейчас бой не главное, главное помочь отряду.
— "Кто вы и что вы здесь забыли?" — крикнул один из солдат, охранявших город.
— "Мы–Юся из столичного царства!" — Цзинь Хан сделал один шаг вперёд — "В нашем отряде много раненых и нам нужна ваша помощь!"
Его голос был полон стали и решимости, подобающей предводителю войска. Из-за приказного тона, солдаты нерешительно переглянулись, будто бы решаясь: пускать или не пускать.
Но недолго думая, они расступились в стороны, давая проход конному войску. Цзинь Хан сразу забрался на лошадь и отдал приказ отряду ехать за ним. Город встретил отряд, и атмосфера была не самой приятной. Будто бы всасывающей из них силы.
Раненые члены разложены в небольшом госпитале, в доме целителя. Почти всем нашлось угодное для их раны лечение, но один солдат оставался без спасения. Его рана оказалось слишком глубокой, слишком сложной, слишком...непонятной. Цзинь Хан, услышав эту новость, несносно разозлился.
— "Как это так!" — он стукнул кулаком по столу лекаря, старого врача деревни — "Вы не можете излечить столичного Юся?! Вы знаете, что за это полагается!? Да я сожгу вашу деревню к чертам собачьим!"
Цзинь Хан очень трепетно относится к каждому участнику своего отряда, и не мог просто так отправить одного из них на смерть. Лекарь, суровый и одновременно с этим беспристрастный, хладнокровный мужчина, сидя за столом следил за передвижениями полководца по комнате. Его слегка трясущаяся челюсть открылась для ответа, но Цзинь Хан перебил его, ткнув пальцем в грудь.
— "Чтоб завтра же нашли для него лекарство! Иначе я исполню своё обещание."
С этими словами он с хлопком вышел из комнаты, одновременно с этим выходя в ночной, прохладный город. Ощутив свободу на мгновение, Цзинь Хан сделал глубокий вдох, а затем выпустил воздух наружу, создавая лёгкое облако пара от холодного воздуха.
Но тут же наткнулся на пожилого мужчину, уставившегося на него с любопытством. Цзинь Хан отступил назад, округлив глаз от удивления.
— "Тебе нужно помощь, щенок?" — скрипучий голос старца разрезал тишину. — "Твоего солдата здесь не вылечат. Он болеет не телом, а душой. Здесь такого не лечат."
— "Что...Но как вы?..." — Цзинь Хан осёкся.
— "Такой молодой, а уже генерал...Слишком глупый. Я подслушал." — тон старика оставался обыденным. — "Я знаю кто тебе может помочь. На отшибе есть маленькая хижина, туда никто не ходит. В ней живёт чудо на земле. Все его кличут Яоцзин, но я не верю. Верю лишь в то, что оно хорошее создание. Навести домик."
Старик обошёл генерала и вошёл внутрь лечебницы. Цзинь Хан проследил за ним взглядом, переваривая услышанное. Подумав пару минут, он понял, что терять ему нечего. И в эту же ночь он решил навестить хижину.
Домик оказался небольшим, старым и ветхим. Генерал постучал в деревянную дверь, но не надеялся на ответ.
— "Входите." — прозвучал ласковый голос.