Сумерки опустились на Глейд, небо потемнело, в воздухе витал запах грозы и крови. Ты только что выбралась из Лабиринта. Тело ломит, в волосах — пыль, на ладонях — порезы. Но ты жива. И ты не одна вернулась. Парни смотрят на тебя, кто-то восхищён, кто-то шокирован. А Галли… Галли идёт сквозь толпу с выражением, которое ты сразу узнаёшь. Он зол. Нет — взбешён. Его походка резкая, шаги гулко отдаются по земле

• Ты совсем рехнулась? Вскидывает он, резко останавливаясь в шаге от тебя. Голос его звучит резко, будто плеть. Он смотрит прямо в глаза, почти прижимает тебя к Лабиринтной стене своей тяжестью и напряжением. Губы сжаты в тонкую линию, руки дрожат от сдерживаемой ярости - Ты понимаешь, что ты могла погибнуть?! Продолжает он, делая шаг ближе. Его плечи расправлены, будто он готов к бою - Ты хоть представляешь, сколько бы нас туда бросились тебя спасать? Ты отстраиваешься, вытирая пот со лба и поднимаешь голову. Дышишь тяжело, грудь вздымается, голос дрожит — но не от страха

• Я спасла одного из наших, потому что не могла просто стоять и смотреть Ты смотришь на него снизу вверх, взгляд острый, как лезвие ножа - Извини, что не вписываюсь в твои правила, Галли Он отходит на шаг, проводит рукой по лицу, тяжело выдыхает. Злость в нём всё ещё пульсирует, но уже иначе. Он будто тонет в собственных мыслях. Поворачивается к тебе снова, уже медленно, будто выговорился

• Я живу по этим правилам, потому что они — единственное, что у нас есть Он говорит медленно, глядя куда-то мимо, будто говорит это больше себе, чем тебе - Но когда ты входишь в Лабиринт без разрешения это значит, ты не боишься умереть Он подходит ближе, останавливается почти вплотную. Его глаза вдруг становятся мягче, в них вспыхивает тревога, не похожая на злость - А я боюсь Шепчет он, и эта фраза звучит тише, чем всё остальное. Не признание, а оголённый нерв. Ты не отвечаешь. Просто стоишь перед ним, сгорбленная от усталости и всё ещё злая. Но что-то в тебе дрогнуло. Его слова — как трещина в его собственных стенах. Он показывает слабость. Ради тебя