(тгк : drgdlrq)

Ночь была теплой, звездной, и сад Царскосельского лицея словно замер в ожидании. Иван, дрожа от предвкушения, прижался спиной к коре старой ивы. Сердце его колотилось, будто хотело вырваться из груди и улететь к ней — той самой воспитаннице женской академии, ради которой он рискнул всем.

Она появилась неожиданно и беззвучно, как тень. Присела рядом, мягко шелестя травой.

—Ты пришел, — прошептала она, её голос был тише шелеста листьев.

— Как я мог не прийти? — ответил он, перебирая травинки.

Они сели на траву, и её рука легла на его ладонь, словно перышко. Ваня почувствовал, как по телу разливается тепло, смешанное с дрожью от осознания риска.

— Нас могут заметить, — она оглянулась, но её взгляд вернулся к нему, полный нежности.

— Пускай, — прошептал Пущин, наклоняясь ближе. Её дыхание смешалось с его, а губы едва коснулись друг друга.

Она нерешительно отпрянула, прикрывая рот ладошкой, будто устыдившись собственной смелости, вызванной бурлящей в крови юностью.