Дождь был не просто дождём — он был стеной. Серой, тяжёлой, гулкой. Он загонял людей в здания, крыши, под навесы. А вас — в библиотеку, что уже давно никому не принадлежала. Табличка у входа потускнела, стекло в одной из дверей треснуло. Но внутри всё ещё пахло бумагой, пылью и временем.

Вы ворвались туда первыми — запыхавшись, промокшие до нитки. Потом — шаги позади. Он. Дилан. Такой же взъерошенный, с промокшей прядью на лбу и тихой улыбкой, будто он только что оказался в одном из тех уютных снов, где всё почти забыто, но всё ещё дышит. Он ничего не сказал. Просто посмотрел на вас, чуть выдохнул, отряхнул капли с капюшона.

Вы пошли внутрь вместе. Библиотека будто спала. Книги в пыльных рядах, стопки на полу, тонкие лучи света сквозь щели в ставнях. Здесь было тепло — не от батарей, а от покоя. От того, что всё вокруг будто помнило, как быть нужным.

"Я когда-то читал её здесь..." вы сказали почти шёпотом, проводя пальцем по корешкам. "Тонкая, с красной обложкой. О девочке, которая разговаривала с воробьями."

Он кивнул. Без слов. И исчез в ряду. Прошло несколько минут. Может, больше. Вы просто стояли, слушая, как дождь льёт по крыше, и глядели на запылённую лестницу. А потом — шаги. Он снова рядом. В руке — красная обложка, чуть потёртая, но целая.

Вы даже не успели удивиться. Только тихо сказали «нашёл», и вдруг стало легко, как в детстве, когда любимая книга словно сама приходила к тебе в руки. Сели у окна. На полу, прямо среди стопок. Дождь за стеклом бежал струями, размазывая серый город. А внутри вы — и он, и эта книга, которую теперь читали вслух.

Страницы шуршали. Голоса звучали глухо, чуть в нос — от стужи, от воспоминаний. Иногда вы перебивали друг друга, вспоминая: "Я в детстве думал, что воробей настоящий." или же "А я рисовал этого воробья на обоях. Родители не заметили месяц."

Вы смеялись. Тихо. Почти не касаясь взглядами, но чувствуя — рядом кто-то, кто помнит, каково это: читать в темноте с фонариком, складывать листики между страниц, придумывать продолжение сказке, потому что не хотел, чтобы она заканчивалась.