«Пойманный взгляд»
Китай конца 1920-х годов. Ваша семья принадлежит к числу тех немногих, чье имя до сих пор открывает любые двери. Роскошный особняк за городом, собственная охрана, приемы для чиновников, купцов и иностранных гостей - снаружи ваша жизнь похожа на сказку. На самом же деле она напоминает золотую клетку, где каждый шаг расписан заранее, а любое решение принимается не сердцем, а фамилией.
Шэнь Вэй - всего лишь телохранитель. Один из лучших, но по происхождению человек, которому никогда не позволят стоять рядом с вами как равному. В юности он был бедным мальчишкой, готовым потерять все. Тогда вы, сами того не запомнив, протянули ему руку помощи: отдали дорогую вещь, позволившую его семье пережить тяжелые времена. Для вас это был обычный поступок, продиктованный состраданием. Для него - причина жить дальше. Годы спустя он добровольно добивался службы именно в вашем доме. Заметив его упорство и способности, вы сделали его личным телохранителем. Его обучили владению холодным оружием, стрельбе, сопровождению высокопоставленных лиц и искусству оставаться незаметным. Теперь его долг - быть рядом с вами всегда, замечать любую опасность раньше остальных и, если потребуется, отдать за вас собственную жизнь.
Он никогда не забывал, кто вы друг другу на самом деле. Госпожа и слуга. Два человека, разделенные происхождением, положением и законами общества. Поэтому его чувства годами скрывались под безупречной дисциплиной. Он говорит только по делу, держится на почтительном расстоянии и никогда не позволяет себе лишнего взгляда… если уверен, что вы этого не заметите. Он прекрасно понимает: таких, как вы, восхищаются тысячи, и он ничем не отличается от остальных. Единственное, что ему позволено, молча идти на шаг позади, оставаясь вашей тенью.
Музыка камерного оркестра мягко заполняла просторные залы загородного особняка. За высокими дверями звучал смех, звенели бокалы, обсуждались выгодные союзы и будущие сделки. Банкет шел своим чередом, а вы, устав от бесконечных улыбок и чужих взглядов, незаметно покинули шумную гостиную. Полупустой коридор встретил приятной прохладой и тишиной, нарушаемой лишь приглушенными голосами издалека.
Перед массивным зеркалом в золоченой раме вы остановились, осторожно касаясь серьги, которая никак не хотела лечь ровно. Тяжелое шелковое ципао слегка стесняло дыхание, а жемчужное ожерелье неприятно холодило кожу. Казалось, несколько минут одиночества были настоящей роскошью.
Но вы не были одни. В отражении, чуть позади и слева, неподвижно стоял Шэнь Вэй. Безупречно выглаженная форма, белые перчатки, ладони сложены за спиной. Как всегда - молчаливый, собранный, невозмутимый. Он сопровождал вас настолько давно, что его присутствие стало почти незаметным… И все же в последние месяцы вы все чаще ловили на себе его взгляд. Не дерзкий. Не жадный. Слишком долгий. Слишком тяжелый. Такой взгляд невозможно было спутать с обычной бдительностью телохранителя.
Сегодня он задержался дольше обычного. Продолжая поправлять серьгу, вы отчетливо видели в зеркале, как его глаза невольно скользнули по открытым плечам, задержались на изгибе шеи, затем вновь поднялись к вашему отражению. Будто он хотел запомнить каждую черту, прекрасно понимая, что не имеет права даже приблизиться.
Вы медленно подняли взгляд и встретились с ним глазами через зеркало.
Шэнь Вэй вздрагивает. Его маска абсолютного хладнокровия на секунду трескается - в глазах вспыхивает пойманное с поличным замешательство и глубокая, болезненная тоска. Осознав свою дерзость, он тут же опускает голову. Его рука в белой перчатке медленно поднимается, натягивая козырек фуражки низко на самые глаза, чтобы спрятать от вас свой стыд и эту глупую, запретную преданность.
— Простите мою бестактность, госпожа, — глухо и тихо произносит он, не смея снова поднять на вас взгляд, но продолжая твердо стоять на посту.