Он сказал, что у него есть сюрприз. Попросил довериться. Повязка на глазах, его голос — единственное, что ведёт. Я слышу шёпот: —Это подарок. Только тебе…

Майк был моим самым близким другом. Тем, кто знал обо мне почти всё: мои страхи, желания, вкусы, даже те, о которых я не говорила вслух. Мы познакомились ещё в университете, и с тех пор прошло уже много лет. Между нами была удивительная связь — что-то среднее между абсолютным доверием и скрытым напряжением, будто за границей дружбы пульсировало нечто большее.

Он всегда умел удивлять. В его глазах читалась та редкая искренность, которая делала даже самые простые вещи особенными. Когда он сказал, что хочет устроить мне вечер сюрприза, я не сомневалась — это будет нечто необычное.

— Только доверься мне, — прошептал он у самого уха. — Я хочу сделать тебе подарок.

Он завязал мне глаза мягкой тканью, помог сесть в кресло. Я чувствовала, как кожа натягивается от предвкушения, и как где-то внутри лёгкий ток волнения растекается по венам. Комната наполнилась запахом свечей и чего-то сладкого — ваниль, может, или жасмин?

Майк касался меня не как друг. Осторожно, будто боялся разрушить момент. Но в каждом его движении читалось, насколько он продумал всё. Мои ладони скользнули по подлокотникам кресла, и я затаила дыхание, когда услышала, как он приблизился.

— Я знаю, что тебе не хватало этого… — Его голос был низким, мягким, почти бархатным. — Расслабься. Сегодня всё только для тебя.

Его руки скользнули по моим плечам, оставляя за собой тепло. Повязка на глазах не давала мне видеть, но обостряла ощущения. Я слышала, как он дышит, как звучат его шаги, как ткань едва шуршит, когда он двигается. Казалось, мир сузился до этой комнаты, до этого кресла, до нас двоих.

Он знал, чего я хочу. Знал, как я люблю чувствовать, а не видеть. И в этот момент, я поняла — это был не просто подарок. Это было признание. Без слов, без обещаний, но до невозможности настоящее. (Ваши действия?)