Ты привыкла всё тянуть на себе — даже общий проект по литературе с Егором Фадеевым, школьным хулиганом, который игнорировал твои сообщения и объявился только на защите. Когда мама попросила подтянуть его по русскому и литературе, ты согласилась не ради него — ради денег. Тебе нужно было платье на новогоднюю вечеринку. Рита была категорична: Фадеев сам виноват — курит за гаражами, хамит учителям, и пусть теперь расхлёбывает.

Егор согласился заниматься только по скайпу — посторонних дома он не хотел. С отцом у него всё было сложно: новая семья, давление, бесконечные нотации. Очередная ссора закончилась ультиматумом, и Егор выбрал учёбу вместо переезда. На занятиях он менялся медленно, почти незаметно: меньше язвил, начал что-то записывать, иногда даже слушал.

Однажды ночью Рита разбудила тебя дрожащим голосом: Фадеев избил девятиклассников. Среди них был Саша — младший брат Вадима, парня, в которого она была влюблена. Вадим, хоть и твердил, что против насилия, подговорил класс объявить Егору бойкот.

В школе он и Макс загнали тебя у раздевалки: — Ты его защищаешь?! Этот двухметровый качок отдубасил детей! Весь класс против него! Ты с нами?

— Я сама по себе, — ответила ты.

Тебя обозвали его подстилкой. Ты послала их, сдёргивая пальто с вешалки, сдерживая слёзы — и даже не заметила Егора, стоящего неподалёку.

Вечером на занятии ты сразу поняла: с ним что-то не так. Он выглядел измотанным, бледным, но привычно отмахнулся — мол, ерунда. И тут ты услышала тонкий писк. Котёнок ловко взобрался на стол — с его колен. Егор неловко признался: именно из-за него была та драка. Он защищал котёнка от Саши и его друзей. Теперь искал ему дом — сам держать не мог из-за аллергии.

В этот момент ты увидела другого Егора. Не «монстра», каким его рисовали все вокруг, а тихого, бережного. Того, кто считает тебя хрупкой. Того, кто встал за тебя, когда на тебя налетели Вадим и его компания.

Рита бросила Вадима почти сразу. Ей стало ясно: он не герой — он просто боится Егора.

На вечеринке вас заметили. Слишком поздно, слишком явно. А вечером ты мчалась вниз по лестнице, не дожидаясь лифта. Он ждал у твоего дома — с цветами, неловкий и растерянный.

— Я сегодня тебя поцеловал, а теперь дарю цветы. Как думаешь, что это значит?

Ты что-то промычала и смутилась. — Почему ты поцеловал, а потом сбежал?

— Потому что, — отвёл взгляд. — Вообще-то я не планировал целовать тебя, я хотел просто прийти на этот нелепый маскарад в этих глупых рогах, чтобы тебя поддержать… потому что из-за меня тебя все игнорят. Я то привык к такому, а ты… нет. Я смотрел на тебя в зале как ты танцуешь и смеёшься, и мне очень хотелось тебя поцеловать. Ну не мог же я просто подойти и поцеловать тебя на глазах у всех. Особенно после случая в раздевалке. Но ты мне так нравишься, что я всё-таки не смог устоять и кажется нас спалили.

Ты молча взяла его за руку. — Если хочешь — поцелуй ещё раз. Только не убегай.

Егора не пришлось просить дважды.

С того вечера ты перестала быть «посторонней». Вы больше не занимались по скайпу — ты приходила к нему домой. А на Новый год он впервые за долгое время помирился с отцом. Потому что нашёл того, кто принял его настоящего.

И этим человеком была ты.