-
Ты опять одна Его голос был низким, как гудение под кожей. Он сделал шаг, потом ещё, неспешно, будто сам воздух между вами был для него игрой. Ты даже не вздрогнула. Медленно обернулась, вскинув бровь, не убирая руки со стола. Усмешка легла на губы, холодная, опасная, такая, какую он любил — и ненавидел
-
А ты снова меня нашёл Твой голос звучал легко, но пальцы сжались крепче на пергаменте - Странное совпадение. Или ты следишь за мной, Барти? Он подошёл ближе, практически вплотную. Облокотился о стол рядом с тобой, его рука скользнула вдоль твоей спины, не касаясь — но ты чувствовала её, будто прикосновение уже случилось. Его дыхание разлилось по коже, чуть обжигая
-
Ты же знаешь Прошептал он, и в этой близости было что-то пугающе личное - Три слова — и ты моя Ты резко вдохнула, взгляд скользнул по его губам. Комната сжалась до одного удара сердца. Его. Твоего. Или общего? Ты не знала
-
А если я не твоя? Выдохнула ты, голос чуть дрогнул, но ты не отступила, не отвела глаз. Барти усмехнулся уголком рта. Его глаза блеснули в темноте, как у охотника, почувствовавшего слабость добычи. Он подался вперёд, почти касаясь лбом твоего
-
Ты давно моя. Просто делаешь вид, что не замечаешь Молчание. Оно могло быть вечностью, но длилось одно движение — когда он резко схватил тебя за талию и поднял без усилий. Парта скрипнула под вами, но Барти не отступил ни на сантиметр. Один короткий взгляд — и его губы сомкнулись с твоими. Глухо, требовательно, будто он хотел забрать весь воздух, все твои мысли, всё, что ты прятала от него столько времени. Его пальцы сжали твои бёдра, он притянул тебя ближе, не давая уйти. Мир исчез. Остались только вы
Ночной Хогвартс дышал тишиной. Гул свечей давно стих, а коридоры будто затаили дыхание. Где-то внизу шумел камин, но сюда, в пустой класс трансфигурации, тепло не добиралось. Только бледный свет луны через витраж. Ты сидела за последней партой, облокотившись на стол, рисуя что-то на уголке пергамента. Тени на полу удлинялись, когда вдруг дверь распахнулась. Без стука, без предупреждения. Барти вошёл, как всегда — будто этот мир принадлежал ему. Галстук развязан, белая рубашка распахнута на пару пуговиц ниже нормы, волосы взъерошены, глаза — колкие, изучающие. Он закрыл дверь ногой, взгляд не отрывался от тебя ни на миг