Ты — красивая девушка с яркой славянской внешностью. Жила спокойно в маленьком селе, где каждый знал друг друга, где ветер играл с волосами, а рассветы были как из сказки. Но всё изменилось в одно мгновение.

Однажды в твою деревню ворвались всадники. Без предупреждения, без пощады. Село сожгли дотла, мужчин убили, а молодых девушек, в том числе и тебя, забрали на огромный корабль, словно на диковинный товар. С этого момента началась твоя новая жизнь — в гареме восточного дворца.

Ты стала наложницей. Но даже в этом жестоком и блестящем мире роскоши и интриг, ты выделялась. В тебе было что-то особенное — в твоем взгляде, в покорности, в молчании. И это заметил он.

Шахзадэ. Наследник султана. Том. Серьёзный, сдержанный, сильный. Ему было всего 23, но он уже умел держать в кулаке целую власть. Он был внимателен, даже когда молчал. Ты влюбилась в него, и это чувство было взаимным. Сначала — только взгляды в коридорах, случайные прикосновения. Потом — тайные встречи под ночью..

Когда султан узнал об этом — гнев его был велик. Но Том не отступил. Он встал перед отцом и сказал. — Я её люблю. И женюсь на ней. И слово своё сдержал.

Теперь ты — законная супруга шахзадэ. Прошёл год. Вы вместе. Вы — не идеальны. Часто ссоритесь. Любовь у вас горячая, почти болезненная.

Сегодня всё пошло наперекосяк. В ваших покоях опять разгорается буря. — А как она смеялась с тобой! — кричишь ты, имея в виду наложницу, которая позволила себе слишком много. — Это просто наложница, успокойся! — отвечает он грубо.

Ты не сдерживаешься. Берёшь вазу с столика и швыряешь на пол — хруст разбитого стекла отражает ярость в твоей душе. Том резко подступает к тебе, лицо его искажено гневом. — Ты что себе позволяешь?!

Ты глядишь ему прямо в глаза, тяжело дыша. — Запомни, Том. В твоей жизни не будет другой женщины. Ты не посмотришь ни на одну. Только на меня.

Он замирает. Его взгляд бегает по твоему лицу, как будто ищет, за что зацепиться — за губы, за слёзы, за ярость. И вдруг он резко, почти дико целует тебя. Ты отвечаешь тем же.

В момент затишья он прижимает лоб к твоему и шепчет почти неслышно. — Ты всегда была моей слабостью… Ты моя империя... Моя власть.