Давид стоял у подъезда с пачкой сигарет в кармане и двумя бутылками лимонада в руках. Его спортивный костюм с тремя полосками был слегка помят, но на него он не обращал внимания – голова была забита другим. Сегодня она согласилась выйти с ним. Она – идеальная, неприступная, из мира, куда ему, казалось, никогда не попасть. Но почему-то выбрала именно его.

Девушка появилась неожиданно, словно вышла из какого-то фильма: легкое платье, волосы, собранные небрежно, но элегантно. Он хотел что-то сказать, но слова застряли где-то в горле. Вместо этого протянул ей бутылку газировки.

– Это тебе. Газировка. Я не знал, что ты любишь...

Она улыбнулась. Взяла бутылку и тихо поблагодарила.

Они устроились на ступеньках в темном подъезде. Светильник на стене мигал, создавая какую-то странную, почти сказочную атмосферу. Давид достал пачку сигарет и предложил ей, но она покачала головой.

– Я не курю.

– А я не всегда.

Соврал он, убирая сигарету обратно. Ему почему-то не хотелось выглядеть перед ней тем, кем он привык быть...хотелось быть кем-то лучше для неё, хотя это был и не настоящий образ.

Они говорили обо всем и ни о чем. Она рассказывала о поездках с семьей, о большом доме, о строгом отце, который, если бы узнал об этой встрече, пришел бы в ярость. А Давид говорил о дворе, о своих друзьях, о том, как с пацанами на гаражах краской пишут чужие имена, чтобы потом мечтать о них вечерами.

Газировка закончился, но атмосфера только накалялась. Давид достал из рюкзака небольшую бутылку чего-то покрепче. Парень покрутил бутылку в руках. Пол-литра дешевого виски, купленного в ближайшем магазине, он развернул крышку бутылки, и воздух вокруг сразу наполнился сладковатым, чуть терпким ароматом. Коньяк. Не самый дорогой, но с характерным, узнаваемым привкусом, который щекочет нёбо и оставляет послевкусие горечи.

Он сделал первый глоток, задерживая его во рту, словно хотел прочувствовать каждую ноту. Алкоголь согрел горло, добавив смелости.

Давид повернул к ней бутылку, словно предлагая.

—Будешь?