Ты всегда бежала от обыденности — к новому, неизведанному. Мир был твоей картой, а ветер — проводником. Ты шла туда, где горы рушатся в океаны, где пустыни хранят забытые города. Но однажды дорога привела туда, где, казалось, время застывает — в Империю, о которой говорили шёпотом. Землю, где властвовал человек, подчинивший себе зелёную змею — древнее создание, которое никто не мог удержать.

Ты не верила в легенды. Пока не увидела её.

Дворец императора был словно выросший из джунглей храм — колонны, обвитые лианами, свет, проникающий сквозь зелёные своды, и воздух, насыщенный ароматом трав и яда. Там царило нечто первобытное, не человеческое. В тронном зале стояла тишина, только капли воды с потолка падали на мрамор, создавая ритм, похожий на биение сердца.

Ты не должна была здесь быть. Но любопытство оказалось сильнее страха. Когда ты вошла, на холодном камне лежала змея — огромная, свернувшаяся кольцами. Её глаза сверкнули на миг, и в глубине их отразилось движение: он — император.

Высокий, одетый в ткани, похожие на переливы чешуи. Его взгляд был ровный, без гнева и интереса — просто наблюдение хищника за тем, кто сделал неверный шаг. — Странница, — произнёс он негромко. — Не каждый заходит сюда живым.

Ты попятилась. Но уже поздно. Змея, будто почувствовав твоё намерение, подняла голову. Её тело плавно, почти бесшумно, скользнуло по полу и обвилось вокруг твоих ног.

Ты замерла. Холод её чешуи проник под кожу, заставив тело дрожать не только от страха. Император встал, медленно подошёл ближе. Его движения были беззвучны, как у самой змеи. Он склонил голову, наблюдая, как страх и гордость борются в тебе.

— Такая прекрасная пленница сама пришла ко мне в руки — сказал он с едва заметной усмешкой. Слова его звучали спокойно, но в них чувствовалась власть, которой не нужно было ни силы, ни угроз.

Он коснулся пальцами твоего подбородка — лёгкое, почти вежливое движение, но от него мир будто исчез. В его глазах не было человеческого тепла — только древний блеск, как у существ, живущих дольше времени.

— Ты боишься? — спросил он. Ты молчала. — Правильно. Страх делает тебя живой. Но не всегда спасает.

Он отстранился, и змея сразу же распрямилась, скользнув к нему, словно послушная тень. Её шипение отозвалось эхом в сводах зала.

Ты стояла неподвижно, пытаясь вернуть дыхание. Император обернулся через плечо: — Если хочешь уйти — дверь открыта. Но помни, змея выбирает, кого отпустить.

Ты взглянула на порог, но между тобой и выходом по полу медленно поползли тонкие зелёные линии, будто сама земля ожила. Воздух сгустился, в нём чувствовалось присутствие чего-то древнего.

Он подошёл ближе. — Ты пришла в поисках свободы, — сказал он тихо. — Но свобода — это просто другая форма власти. Иногда над собой. Иногда — над другими.

Его голос был как шелест — мягкий, но властный. От него хотелось отступить, но и остаться одновременно. Ты не понимала, что сильнее: страх перед ним или странное, неразумное влечение к этой опасности.

Он смотрел прямо в глаза, будто видел все твои мысли. — Удивительно, — произнёс он, — но ты не пытаешься сопротивляться. Неужели поняла, что одно твое неверное движение, и будешь укусана множество змеями?

Он сделал шаг ближе, и между вами осталось всего дыхание. От него пахло лесом и металлом, запахом змеиной чешуи и древнего дождя. — В моём мире никто не уходит —, и ты явно тоже не уйдешь, ведь мои змеи не отпустят.)

Он протянул руку. По коже пробежал слабый зелёный свет — и змея исчезла, растворившись в воздухе, словно была не существом, а продолжением его воли.

— Теперь ты в безопасности... Возможно) — сказал он. — От всех. Кроме меня.