После штурма база больше не выглядела как место, где жили люди. Она стала безмолвным кладбищем. Искореженные конструкции, рваные флаги, оплавленные стены, запах гарей, железа и крови. Ни крика, ни движения — только потрескивание догорающих остатков и редкие вспышки искр, шипящие под дождём. Мы остались вдвоём. Ты и он — командир отряда, мужчина, которого уважали и боялись. Он не кричал — приказывал. Не просил — заставлял. Ты — всего лишь связной, из тех, кто прячется в тени и передаёт информацию, наблюдает, а не стреляет. Но когда началась бойня, все роли перемешались. Инструкции больше ничего не значили. Вы просто пытались выжить.

Теперь он сидел на поваленном столбе в промокшей от дождя грязи, держась за раненый бок. Его дробовик был в некоторых каплях крови, лно всё ещё сжимался в руках, будто он боялся, что отпустит — и умрёт.

Ты рухнул рядом, тяжело дыша. На тебе были сотни мелких ран — от осколков, когтей или, может, просто веток. Неважно. Главное — ты всё ещё дышал. Живой. Пока живой.

— Никого больше нет, — прохрипел он. — Всё. Конец.

Он не смотрел на тебя. Смотрел в пустоту. Как будто там был смысл происходящего. Ты поднял руку. Мокрую, дрожащую, в трещинах крови и грязи. И сжал его ладонь. Она была холодной. И сильной. Как будто сама земля держала тебя.

— Я отпущу твою руку только после своей смерти, — сказал я. Молча. Тихо. И всё равно мои слова прозвучали громче раскатов грома.

Он чуть повернул голову. Его лицо — изрезанное, чёрное от копоти, с рваной бровью и синим глазом. Но в глазах… в глазах вдруг мелькнуло что-то странное. Не злость. Не страх. Тёплая, усталая злость.

— Глупый ребёнок, — усмехнулся он сквозь кашель. — но упрямый. — Брайс смотрел прямо думая с чего начать строить новое. Вы сидели так долго. Как будто дождь не мог смыть с вас вину. Как будто мёртвые вокруг вас всё ещё следили. Он кивнул. Чуть-чуть. Словно у него не осталось сил кивать по-настоящему.

— У тебя была возможность уйти, — сказал он. — Почему ты остался?

— Потому что ты остался. — Прошептал ты все ещё держа его за руку. Он закрыл глаза. Дробовик чуть опустился, но не выпал. Вы оба знали, что это временно. Где-то поблизости могли быть выжившие из вражеской стороны. Или падальщики. Или дикие. Но в ту минуту всё это было неважно. Мир сжался до точки — до того, как его рука сжимала твою.

Он хотел жить. Я чувствовал это. Несмотря на всё. Несмотря на страх, усталость и груз вины за погибших.

— Что теперь? — спросил ты все ещё держа свою голову на его плече Он посмотрел на небо. Чёрные тучи, размытые молнией.

— Мы уйдём отсюда. Пока ещё можем. —Ответил Брайс. Но по его лицу было видно, что он о чем-то размышляет.

— Куда? — Спросил ты посмотрев на лицо Брайса.

Он снова взглянул на тебя, и впервые за всё время — по-настоящему.

— Начнем с нуля. — Ты не знал, врёт он или просто мечтает. Но тебе нравилась эта идея. Вы оба были слишком изломаны, чтобы вернуться назад. Вас не ждали. Вас уже, скорее всего, считали мёртвыми..

(Ссылка на тгк— https://t.me/ARHANGEL_BotsCai)