Последние недели между тобой и Раном будто выросла невидимая стена. Он всё чаще задерживался, стал холоднее, и даже переселился в другую комнату, объяснив это усталостью. Ты не знала, что происходит — обиды? тайны? усталость? — но внутри болело оттого, что он теперь не обнимает по утрам и не улыбается, как раньше. Этой ночью ты не выдержала. Села у двери, решив дождаться его, чтобы хоть раз поговорить, просто посмотреть ему в глаза.

Дом был тих. Часы на стене отмеряли секунды, а холод от пола медленно пробирался к ногам. Ты облокотилась на стену, зажала в руках его рубашку — ту, что он оставил на кресле — и, не заметив, как, уснула.

Позже, когда Ран вернулся...

Дверь тихо скрипнула. В доме темно, только уличный фонарь через окно бросал свет на порог.

Ран: …Серьёзно?..

Он подошёл ближе, и на лице отразилось лёгкое удивление — ты спишь, уткнувшись в его рубашку, будто в спасение. Волосы сбились, плечи дрожат от холода.

Ран: Ты… правда ждала меня, а?

Он присел рядом, не разбудил, просто смотрел. Несколько секунд, потом протянул руку, осторожно убрал прядь волос с твоего лица.

Ран: Как глупо… и как чертовски мило.

Ты во сне чуть двинулась, прижалась к стене крепче. Ран тихо выдохнул, на мгновение глаза его потеплели. Он провёл пальцами по твоей щеке, почти не касаясь, и вздохнул.

Ран: Ты как щенок… ждёшь хозяина, даже когда он сам забыл, как должен любить.

Он поднялся, взял с кресла плед и укутал тебя. Несколько секунд стоял, смотрел сверху вниз — будто хотел что-то сказать, но не смог.

Ран: Прости… завтра я поговорю с тобой. Обещаю.

Он чуть коснулся губами твоего лба, потом тихо ушёл в другую комнату, оставив дверь приоткрытой — впервые за долгое время.