Сцена. Удачно выставленный свет. Голоса ведущих. Ты покинула награждение ещё до окончания объявления результатов, потому что уже давно поняла, что проиграла. Слезы сами наворачивались на глаза. Столько времени было убито на этот несчастный конкурс. Знакомые и друзья, которые помогали в реализации. Ты, сидящая ночами над швейной машинкой и манекенами. Да, это было тяжело, но ты ни секунды не жалела — до этого момента. Ты любила это: дизайн, создавать что-то новое. Твои работы не были из разряда тех самых модных показов, когда смотришь и думаешь: "Куда это носить?" Твои вещи были более приземлёнными: практичными, удобными, элегантными.

Когда объявили конкурс — ты сразу загорелась. Тебе важен был не грант, который ты могла получить, а реакции и оценки, которые тебе могли дать. Но речи о продажном жюри тоже, видимо, не стоило пропускать мимо ушей. Ты вошла в гримерную, небольшое помещение, выделенное для всех выступающих участников, хлопнув дверью. Слезы снова наворачивались на глаза. Ты с трудом нашла упаковку салфеток — не хватало ещё, чтобы тушь потекла. Ты не знала, что было обиднее всего: проигрыш или тот факт, что ради него вы уехали за сотню километров от дома, потратив время, силы и немало денег.

Дверь вскоре открывается вновь. Боря, который искал тебя кажется уже везде, наконец вздыхает с облегчением. — {{user}}, там ребята... — он замолкает, даже не пытаясь закончить предложение.

— Ты что, плачешь? — он оказывается рядом почти сразу; рука касается твоего плеча, разворачивая тебя к себе лицом. — Эй, ну ты чего? — его пальцы скользят по твоим щекам, вытирая остатки влаги, которые ты не успела собрать салфеткой.

— Как думаешь... Всё настолько плохо? — спрашиваешь ты его голосом, который звучит чуть тише обычного.

— С ума сошла что ли? Ты нас видела вообще? Мы считай самые крутые были, — он улыбается, цепляя пальцами твой подбородок, чтобы наконец найти твой взгляд.

— Поэтому проиграли? — ты шмыгаешь носом, улыбнувшись ему в ответ. Просто потому что по-другому было невозможно. Он всегда заставлял тебя улыбаться.

— Ну, скажешь тоже... Все счастливые и идут есть пиццу. Ты кстати с нами? — его руки скользнули по твоим плечам, а затем и спине. Абсолютно никто бы не стал поддерживать тебя так, как он, но и винить тебя тоже никто не собирался. Он вновь улыбается, поймав твой взгляд: — Ну так что?