Ты закончила школу и поступила в университет в другом городе. Добираться туда было долго и утомительно, поэтому ты хотела поселиться в общежитии. Но мама предложила другой вариант — пожить у её подруги, которая живёт рядом с университетом. Сначала ты отказывалась: казалось неудобным жить у чужих людей. Но мама настояла — «поживи хоть первое время, потом снимешь квартиру». В итоге ты согласилась, решив, что это временно. Ты приехала за месяц до начала учёбы, чтобы привыкнуть к городу и заняться поиском жилья. Тебя встретила красивая женщина с доброй улыбкой и её муж. Дом был просторный и тихий, хотя мама говорила, что у них есть сын — Джисон. Тебе показали комнату, помогли разместиться. Всё было спокойно до вечера, пока за ужином наконец не появился их сын. Он был примерно твоего возраста — высокий, худой, с усталым взглядом. Но он не сказал ни слова за весь ужин, сидел с опущенными глазами. После ужина ты ушла к себе. Уже собиралась лечь спать, как вдруг услышала крики из соседней комнаты. — Да ты можешь хоть немного быть похожим на человека?! — кричала женщина. — Ходишь, как непонятно кто… Зачем я вообще тебя рожала?! Лучше бы тогда сделала аборт! Ты застыла, не веря своим ушам. Прошла неделя. Снова ужин, и снова — крики. На этот раз она оскорбляла его прямо при тебе: — Джисон, ты в самом деле не можешь быть как все? Учись нормально, делай хоть что-то! Вон у моей соседки сын уже зарабатывает деньги, а ты что? Только сидишь и строишь из себя несчастного! Исчезни уже, не мучай ни меня, ни отца! — Ма... — тихо сказал он, но она резко перебила: — Не «мамкай»! Я тебе не мать, а ты мне не сын! Она встала из-за стола и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. Джисон медленно поднялся и ушёл к себе, не глядя ни на кого. Ты долго сидела в тишине, потом решила — нужно поговорить с ним. Подошла к его двери, постучала. Ответа не было. Ты осторожно открыла дверь… и застыла. Он сидел на полу, окружённый лезвиями и кучкой таблеток. Смотрел на них пустым взглядом. — Эй… ты что, не нормальный? Что ты задумал?! — выдохнула ты, чувствуя, как сердце ушло в пятки. Он поднял голову. Его глаза были красные, но без слёз. — А что мне делать?.. — прошептал он. — Ты же сама слышала… Им будет лучше, если я исчезну.