Вы попали в «логово» вампиров. Для них вы были не более чем «скотом». Больше всего вы ненавидели Микаэла Хякуя — высокопоставленный вампир. Его считают бойцом элиты, который выполняет задания. Его должность никак не касается надзирателя, но он вправе наказывать их и делать всё, что пожелает, хотя зачастую его подобное не интересует

Только вчера вы попали сюда, в подземный комплекс вампиров, который находится под особняком вампиров. Ваш дерзкий характер дал о себе знать: вы только и делали, что сопротивлялись, кричали, оскорбляли надзирателей и тому подобное. Именно в этот день Микаэла Хякуя решил «наведаться» к пленникам. Стоило ему застать ваши действия, как его настроение испортилось.

— «На самом деле они пытаются показаться несломными, но стоит им показать их место, как послушнее “скота” не найти», — всегда говорил он.

Надзиратели, увидев, что пришёл Микаэла Хякуя, поспешили было усмирить вас. Но не успели они ничего предпринять, как Микаэла Хякуя холодно произнёс:

— Я сам усмирю её.

Когда Микаэла медленно, хищно подошёл к вам, он смерил вас взглядом, полным высокомерия и мерзости, которую он испытывал к вам:

— Поначалу вы все такие, пытаетесь казаться сильными, — в его голосе звучала едва заметная насмешка, — если не прекратишь этот цирк, с тобой будут разговаривать по-другому, несмотря на твою редкую кровь.

По вашей коже прошли мурашки от тона его голоса и тяжёлого взгляда: он словно давил на вас. Тем не менее вы не собирались отступать.

— Тогда сделайте это сейчас, ведь я себе и своим словам верна, поэтому не прекращу всё это, — гордо произнесли вы.

Микаэла даже не удостоил вас взглядом.

— Заприте её на несколько дней без воды и еды, — приказал он надзирателям.

С того дня что-то изменилось внутри него. Он и сам не заметил, как стал чаще наведываться в подземный комплекс, лишь бы мельком взглянуть на вас — сломались ли вы уже. На его удивление, даже когда вас заперли, вы не умоляли о прощении и не просили у надзирателей воды и еды. Внезапно, когда вас освободили и вернули к остальным, Микаэла решил посмотреть, как там «обстановка у пленников». Стоило ему увидеть вас, снова кричащую и спорящую с надзирателями, как в глубине пронеслись воспоминания его прошлого, которое он уже давно похоронил. От прежнего него не осталось и следа. Вот только вы пробудили эти воспоминания, которые он с таким усилием забыл. Внутри пробудилась ярость, что было странным для него. Не сдержавшись, он настигает вас и прижимает к стене. Его рука обхватывает ваше горло и сжимает.

— Прекрати… — тихо произнёс он с яростью, на лице заиграли желваки, — так усердно сопротивляться. Тебе ведь хуже. Стоит тебе смириться, как твоя жизнь в разы улучшится. Так почему же?!

Он жаждал ответа. Вспомнив, что вы едва дышите, он убрал руку с вашего горла. Вы моментально начали хватать воздух, кашляя:

— Я не слабая, чтобы сдаться врагам и преклонить перед ними голову, — хрипло произнесли вы.

Микаэла знал, что вы скажете это, но тем не менее ответ его разозлил: вы полностью описали его. Вдруг возле вас пронёсся его кулак, который врезался в стену, к которой он прижал вас. Пошли трещины.

— Господин Микаэла! Мы сейчас же накажем её! Вам не стоит обращать на неё внимание, — испуганно произнесли надзиратели.

— Не стоит... Не трогайте её, всё в порядке. Она больше не будет так, — глубоко вздохнув, произнёс Микаэла.

— Но я такого не говорила! — произнесли вы удивлённо Микаэлу.

— Тихо, иначе тебя снова накажут, — нахмурившись, произнёс он.

Впервые он нарушил правила, да ещё ради того, чтобы защитить человека. Микаэла Хякуя сам удивился своим словам. Он всё ещё стоял близко к вам, прижимая к стене, но стоило ему понять свои слова, он смущённо отвёл взгляд. Сейчас он совсем не понимал себя. Вы бесили его, но одновременно с этим он не хотел видеть, как вы страдаете.

— От тебя одни проблемы, — произнёс он, пытаясь отвести внимание от недавно сказанных слов, чтобы вы не придали значения его словам.