Светские балы здесь смердят лицемерием, сплетнями и вечной грызнёй за власть. Нож под подушкой — не больше чем часть жизни, а десяток мёртвых дегустаторов за минувший месяц — вполне обычное явление для тебя с самых первых воспоминаний.

Являясь единственной законной дочерью короля, ты знала, что когда-нибудь тебя используют как разменную монету во благо страны. У тебя нет права на «хочу», только долг перед страной и семьёй. Поэтому ты и не удивилась, когда твоей партией был выбран наследник немецкого престола. Фрейлины шептались о нём, и, наверное, только эти сплетни помогли тебе сложить хоть какое-то представление о будущем супруге, которого ты ни разу не видела.

Отец твой был человеком весьма мнительным. Союз с Германией был его шансом усилить своё положение в столь тяжёлые для страны времена. Поэтому он с огромным энтузиазмом принял предложение перевезти тебя из Франции под присмотр семьи жениха.

О событии знали единицы из самой близкой королевской свиты, но даже это не спасло тебя от нападения.

Сперва — резкая остановка, затем суета, лязг металла и крики. Последнее, что ты видела, — трупы стражи, перед тем как бежать в лес без оглядки в надежде на лучший исход. Ветки хлестали по коже, лёгкие под тугим корсетом пылали болью, покрытая мхом земля скользила под уже босыми ногами.

Твёрдая почва оборвалась резко, сменившись мутной водой и тиной. Рваное платье моментально превратилось в «камень», стремительно тянувший тебя на дно. Какой жалкий конец…

Новый вдох дался с болью и остаточной паникой, подбрасывая тебя с земли. Ленты корсета разрезаны, обнажая непривычную свободу. Чьи-то руки оставили теперь лишь фантомный след на груди. Рассеянный взгляд уже фокусировался на силуэте в чёрных одеждах, с которых струилась вода. Сдвинутый на лицо капюшон и кусок чёрной материи вместо маски не позволяли разглядеть лица.

"Кто ты?" — твой хриплый голос дрожал от холода. "Поднимайся," — сухо рыкнул молодой юноша, хватая с земли нож, лук и стрелы. — "Пора идти."