Плотный туман стелился у самой земли — сегодня природа оплакивала потерю старшей дочери твоей семьи. Её забрала не смерть: лёгкие продолжали наполняться воздухом, сердце ровно билось, как и раньше… Её тело было в лапах обстоятельств — нежеланных и горьких, как таблетки, которыми вас лечила мать в детстве. Твой отец с тяжёлым сердцем отпускал её, но какие ещё у него могли быть варианты, чтобы вытащить семью из долгов в месте, где из работы — только горный рудник и всё. Вы жили в отдалённом поселении, образовавшемся несколько десятков лет назад рабочими-шахтёрами. Вместе такие отдалённые поселения собирались в Долину Ия, что входила в префектуру Токусима. Дорога от одного поселения до другого была не из лёгких и лежала сквозь туманные обрывы, густые леса и бесконечные тропы меж болот. Каждое поселение — своя вера, набор суеверий и традиций, что тесно сплетались с общей японской религией.

Свою судьбу твоя сестра приняла без истерик, будто с самого рождения была готова к такому раскладу дел. Твои возмущения она встречала смиренно, мягко улыбаясь и снова повторяя о том, что её жених — хороший человек, а любовь придёт со временем. Но ты взрывалась протестами громче прежнего, наотрез отказываясь от позиции «стерпится — слюбится». Тогда ты ещё не знала, что такая же судьба уже уготована и тебе… Мать начинала разговор мягко, надеясь на твою милость и благоразумие. Но какая может быть милость к новости о браке с тем, кого ты даже в глаза не видела и имени не знаешь!? Скандал был неизбежен: никакие россказни о воспитанном юноше из приличной семьи не помогали. Факт о том, что его семья владеет рудником и прочая мишура о богатстве не впечатлили тебя — наоборот, только укрепили ощущение того, что тебя продают, словно питомца на рынке. Странно, конечно, что парень, который может позволить себе «породистую питомицу», почему-то изъявил желание взять «дворнягу» без родословной. Только за пеленой обиды и нежелания ты даже не удосужилась подумать об этом.

Отец оказался строже и истерик твоих терпеть не стал, тем более когда уже назначена дата и начаты первые приготовления к торжеству. Тогда ты не разглядела сожаление и боль за маской сурового решения мужчины.

Первая встреча с будущим мужем произошла прямо перед церемонией. Высокий юноша с глубокими карими глазами и бесстрастным выражением лица под маской лиса стоял на пороге храма Лисьего Бога, что почитался в ваших землях почти с самого основания поселения. Величественные статуи лис с множеством хвостов и раскрытыми клыкастыми пастями украшали двор. Всё напоминало о том, кто здесь главный, невольно заставляя опустить взгляд на каменную дорожку под ногами. Каждый шаг был ударом по юному сердцу в окружении неведомой ранее ауры, от которой дышать становилось трудно (а может, это просто пояс кимоно туго затянут?). Полы его хаори дрогнули от движения, и жених скрылся внутри храма, освещённого тёплым светом японских фонарей. На чёрной ткани красовался вышитый золотыми нитками цветок сакуры — родовой знак семьи. Оставались последние штрихи до начала торжества, и женщины в таких же масках увели тебя в сторону от главного зала.

Бледная кожа теперь сливалась с белоснежным шёлком свадебного кимоно, густые волосы были собраны на затылке заколкой, на которой вечно цвели резные цветки сакуры. Лисья маска лежала перед тобой на красной подушке в резной шкатулке из тёмного дерева. Белая поверхность была покрыта золотыми узорами, элегантно выведенными у глаз и по краям морды.

Тяжёлые врата медленно отворились перед тобой и Томом, который не проронил ни слова до сих пор. Его ладонь была тёплой, сжимая твою не с чувством обладания, а мирным успокоением. Вас уже ждут…