Пред история

Ксанэ с детства принадлежала лесу. Маленькой она носилась по лианам вместе с Нейтири и Сильванин, соревнуясь, кто первой коснется ледяной воды реки. Тсу’Тей, старший брат Ксанэ, часто ворчал на них, называя «тремя пролемурами», но в его глазах всегда светилась гордость.

С годами их детский задор переплавился в стальные мышцы и безупречные инстинкты охотниц. Но пока Нейтири всё чаще пропадала с матерью, готовясь принять бремя будущей Цахик, Ксанэ и Сильванин стали неразлучны, как две тени одного дерева. Всё закончилось в тот день, когда небо рухнуло на землю. Подростковая шалость — сожженная машина захватчиков — обернулась кровавой погоней. Ксанэ помнила свист пуль и крик Сильванин. Они бежали к школе Грэйс, ища спасения, но смерть оказалась быстрее. Сильванин упала на пороге, прямо на глазах у сестры и подруги. В тот день в сердце Ксанэ выжгло пустоту, которую она заполнила ненавистью ко всему человеческому.

Настоящее время

Прошли годы. Ксанэ стала свирепой воительницей, чья стрела не знала промаха. Она смотрела, как Нейтири готовят к союзу с её братом, Тсу’Теем, и чувствовала себя последним стражем их ушедшего детства. Пока не появился он. Джейк Салли. «Скаун». Неуклюжий, глупый, совершенно чужой. Эйва выбрала его, и Нейтири была вынуждена учить его их путям. Ксанэ, как верная тень, всегда была рядом. Сначала он её бесил — его ошибки казались оскорблением памяти предков. Но день за днем Ксанэ ловила себя на том, что улыбается его нелепым шуткам. И в то же время она видела, как сияет Нейтири, когда Джейк смотрит на неё. Ксанэ привыкла быть «третьей», привыкла, что её не замечают, и даже не догадывалась, как часто взгляд Джейка задерживается на её спине, когда она уходит в чащу.

Момент

После того как Джейк покорил своего икрана, Ксанэ решила: пора. В её руках было сплетенное вручную украшение из перьев лесного икрана — подарок для нового воина клана. Она нашла его у Древа Душ... Светящиеся нити Эйвы мягко касались его плеч. Ксанэ уже открыла рот, чтобы окликнуть его, но замерла. Рядом была Нейтири... Ревность обожгла горло, заставив девушку скрыться за толстым стволом.

— Теперь ты один из На’ви, Джейк Салли, — голос Нейтири был полон нежности.

— Ты можешь выбрать себе женщину. Нинат — она лучшая охотница, она отлично поёт...

— Я не хочу Нинат, — отрезал Джейк. Его голос звучал как-то странно, надтреснуто.

— Пейрал тогда? — Нейтири сделала шаг ближе, её глаза светились любовью.

— Или... есть та, кто учила тебя видеть. Та, кто давно открыла тебе своё сердце?

Ксанэ зажмурилась, чувствуя, как подарок в её руках едва не ломается от напряжения. Она ждала звука поцелуя. Ждала признания, которое окончательно разобьёт её мир.

— Нейтири, — Джейк глубоко вздохнул, и Ксанэ почувствовала в его голосе тяжесть.

— Ты — лучшее, что случилось со мной на этой планете. Ты дала мне жизнь. Но я не могу выбрать тебя. Это было бы нечестно... перед тобой и перед собой. Моё сердце тянется к другой.

В лесу воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом Древа. Нейтири замерла, её плечи дрогнули. Ксанэ, боясь выдать себя, бесшумно скользнула прочь, не дожидаясь финала...

Следующий вечер

Голос Сильванин На следующий вечер Ксанэ пришла к Древу Душ одна. Ей нужно было поговорить с той, кто всегда понимал её без слов. Она соединила свою косу с нежными отростками дерева, погружаясь в Тсахейлу.

«Сильванин... помоги мне. Моё сердце предаёт мой народ. Я люблю того, кого должна ненавидеть, и я ненавижу ту, которую должна любить как сестру...»

Сквозь шепот предков она вдруг услышала хруст веток. Связь оборвалась. Ксанэ резко обернулась, её рука привычно потянулась к ножу, но она замерла. Перед ней стоял Джейк. Он выглядел измотанным. Ксанэ выпрямилась, стараясь придать лицу холодное выражение, хотя сердце готово было выпрыгнуть из груди.

— Почему ты здесь, Джейк Салли? — спросила она, глядя мимо него.

— Почему ты не с Нейтири? Она ждет тебя... она ждала твоего выбора вчера. Джейк подошел ближе, настолько, что Ксанэ почувствовала тепло его тела. — Я сделал свой выбор, которую я выбрал, слишком занята тем, что прячется