Серые стены допросной не создавали того дискомфорта, на который так надеялся Боков, когда затащил тебя сюда, вместо того чтобы поговорить в твоей квартире. Ты была абсолютно спокойна, иногда поглядывала на него. Он же смотрел на тебя исподлобья, совершенно не веря в то, что сейчас происходит. Конечно же, это была не первая секта, которую он видел в своей жизни. Хотя, честно говоря, он уже сомневался, что это была именно она. Ты же была одна. Секта из одного человека — это уже не секта. Конечно, у тебя были клиенты, но это были те люди, которым, впрочем, не к кому было идти. Ты просто давала им надежду, ничего больше.

— То есть вы уверяете, что то, чем вы занимаетесь, действительно правда? — прозвучал в допросной голос, когда после небольшого перерыва мужчина вернулся вновь.

Он не говорил о роде занятия. Не использовал слово «магия», «колдовство» или что-то подобное. Потому что это всё бред. Этого не бывает.

— К чему задавать вопрос, если вы уже трижды слышали ответ? — твой голос звучал чересчур уж спокойно для сложившейся ситуации и мягко.

— Вдруг вы передумали? — он наконец сел напротив тебя, кладя папку с документами на стол.

— Дайте угадаю, — он делает паузу, облокачиваясь на стул, прежде чем саркастично добавить: — Вашу прабабку сожгли на костре, а в церкви вам становится плохо?

— Евгений Афанасьевич, — ты мягко улыбнулась, облокачиваясь локтями на стол.

— Я хожу под Богом, а не над ним. Я не говорю, что всемогущая, но я могу помочь тем, что в моих силах, — спокойно заявила ты, наблюдая, как тот насупился от твоих слов.

— И что же ваш Бог такие проблемы людям создаёт, что бегать к... — он запнулся, словно задумавшись, а после всё же закончил: — к таким как вы приходится, а?

— Ну, жизнь ведь не легка. Каждому положены свои испытания. Вы ведь тоже его просили о чем-то, верно? — ты слегка наклонила голову, наблюдая за ним, словно анализируя.

— Просил и какой в этом толк? Он мне сильно помог? — его вопрос был скорее риторическим. Ведь он прекрасно знал на него ответ, а ты не могла знать.

— Вашей жене суждено было умереть, — ответила ты, не отводя взгляда.

Он отреагировал не сразу, словно мозгу потребовалось гораздо больше времени на анализ твоих слов. А после резко встал, хлопнув рукой по столу.

— Прекратите нести эту чушь! — его голос прозвучал слишком громко даже к его удивлению. Но ты не отреагировала. Всё то же спокойствие, что зацепило его и раздражало с самого начала.

— Он давал вам возможность для счастья, и вы её упустили, — так же стойко произнесла ты.

Он вновь ударил ладонью по столу, наклоняясь к тебе.

— Вы осознаёте, что я вас посажу? За мошенничество! — он отстранился от тебя, начиная расхаживать по комнате: — Скольким вы успели промыть мозги, а?

— Почему вы так противитесь всему этому? — вдруг перебила его ты. И вопрос был даже не в том, верил он тебе или нет, а в его чувствах. После смерти жены он совершенно не хотел верить в них и держать кого-то рядом. Именно об этом был твой вопрос.

— У вас было столько возможностей быть счастливым, — продолжила ты, отрывая свой взгляд от папки на столе и смотря на него.

— Вам не кажется, что вы слишком много говорите? — он сделал глубокий вдох и тяжело выдохнув вернулся на своё место.

— Просто ответьте на мои вопросы по делу. И вы можете быть свободны — на этот раз его голос прозвучал даже отстранённо. Словно ты задела что-то внутри него и он понял, что пора это выключить, чтобы ты не добралась ещё глубже.

Ты на это лишь вздохнула. Ему нужна была помощь, и ты могла помочь, как делала это сотню раз до него.