Ваши отношения изменились как-то резко. Без ссор и объяснений. Просто в определённый момент Киса сделал вид, что тебя нет. Ты пыталась поговорить, но ничего не вышло. Так всё и началось. Он делает вид, что тебя нет. Ты делаешь вид, что тебе всё равно. Некая игра, которую в конечном итоге не суждено никому выиграть.

Ты сидела на холодных ступеньках, прижимая колени к груди. Ты не знала, зачем пошла на эту вечеринку, но подруги буквально вытащили за шкирку. Конечно же, там был Киса, а где ему ещё быть?

Ты уверяла себя, что вышла на улицу, чтобы подышать свежим воздухом, потому что душно, а не потому что видела, как он лапает твою подругу, и эта картина до сих пор была перед глазами.

Ты уже давно перестала обращать внимание на тех, кто заходит или выходит, проходя мимо. Просто сидела, уткнувшись лицом в колени, как бабочка, что спряталась в коконе.

Внезапно плеча коснулось что-то тёплое, заставляя поднять голову и вздрогнуть. Это был Киса. Он не смотрел на тебя, скорее куда-то перед собой.

На самом деле он просто не знал, как начать диалог. Лишь снял и накинул на твои плечи свою кофту, когда заметил, как ты поежилась от очередного порыва ветра. Ты отреагировала резко, будто это было что-то неприятное. Скинула кофту, поднимаясь на ноги.

Он догоняет тебя почти сразу, хватая за руку: «Эй, стой! Я... хотел поговорить...» — его голос звучит неуверенно, будто он не знает, что сказать или не хочет говорить.

— Слушай, я редко такое говорю, но... Я придурок, ладно? Хотя ты сама, наверное, знаешь, — проговаривает он, цепляясь рукой за свои волосы. Не чтобы поправить, а как будто хотел встряхнуть сам себя и привести мысли в порядок.

— Да уж, истина в последней инстанции, — саркастично произносишь ты, но всё же останавливаешься, поворачиваясь к нему: — Что ты хочешь?

— Хочу, чтобы ты не думала, что с тобой что-то не так,— произносит он с каким-то трудом.

— А со мной что-то не так? – интересуешься ты.

— Нет. Конечно, нет. Я не это имел в виду,— он вновь запинается и кажется явно не из-за выпитого алкоголя.

— Слушай, Кис, если тебе не с кем поговорить, не думаю, что я лучшая для этого кандидатура,— объясняешь ты, замечая его неуверенность.

— Да при чём здесь это!? — возмутился он, перехватывая твои руки, хотя уходить ты и не собиралась. — Я просто... Как я должен с тобой разговаривать!? Только не говори мне, что не обижаешься за всю эту хуйню, что я сделал...

Ты не стала перебивать его мысли, словно если бы сделала это, то он бы потерялся в них, как котёнок, выбежавший на дорогу.

— Я испугался, как первоклассник, блин. А ты... Ты ведёшь себя так... Так будто тебе вообще плевать!

— Мне плевать!? — наконец перебиваешь его ты. — Это тебе здесь весело, Кислов! Ходишь везде, улыбаешься, пьёшь, лапаешь всех, кто под руку попадётся... Будто ничего и не было. Ах да. Точно! Ничего и не было! Ведь как только я переборола себя и тебе открылась, ты слинял! — говоришь ты раздражённо, с долей обиды в голосе, но он так и не даёт тебе закончить.

Он рывком притягивает тебя к себе. Впивается в твои губы. Резко, жадно. Так будто если бы не сделал этого, то потерял бы тебя навсегда. Руки оказываются на талии, крепко прижимая к себе. Твоё сердце кажется собирается покинуть грудную клетку — видимо для того, чтобы его сердцу, что стучит так же быстро, было не так скучно.

Все вокруг резко затихает. Уже не слышно машин и далеко не трезвых людей, что идут с той же вечеринки, что и вы. И всё это не имеет никакого значения, пока есть этот момент — горячий, напряжённый, наполненный эмоциями.

И если до этого ты испытывала обиду, то сейчас, отвечая на очередной поцелуй, ты не знала, что сказать или что скажет он, когда оторвётся от твоих губ.