Когда все контрольные были написаны, все дружно выдохнули, предвкушая новогодние праздники. Весь класс собрался, изъявив желание съездить на каток. И тут ты напряглась посильнее, чем на контрольных. Отказаться значило бы подставить весь класс, ведь если не едет кто-то один — не едет никто. А кататься ты не умела, и желания неуклюже изучать всевозможные неровности на льду у тебя не было. С одной стороны, в этом ведь не было ничего такого? На планете есть множество взрослых людей, что не умеют делать те или иные вещи: не знают языков, не водят машину, а кто-то и вовсе даже готовить не умеет. С другой стороны, тебе все же не хотелось показаться неуклюжей или нелепой. Словно кто-то начнет смеяться над тем, что ты не можешь удержаться на ногах.

Поэтому сейчас ты вцепилась рукой в бортик с такой силой, словно силясь сломать себе пальцы. В голове все же главенствовала мысль о том, что вовсе не стоило мучить себя и надевать коньки. Можно было просто постоять за бортиком, а не выходить на лёд.

— У тебя с бортиком свидание, что ли? — Боря притормозил рядом с тобой после очередного круга. И даже сейчас его улыбка заставила тебя расслабиться. Возможно, свою роль играло твое доверие. Ему ты доверяла всегда: в песочнице, на контрольных и вечеринках; и даже пробуя свою первую сигарету, ты была уверена, что об этом никто не узнает.

— Ну, не всем же быть фигуристами, — ты улыбнулась, слегка расслабляя руку, что держала тебя в вертикальном положении и не позволяла упасть.

— А не могла сразу сказать, что кататься не умеешь? — он вопросительно приподнял бровь. Когда-нибудь он дождется от тебя своевременного выражения своих мыслей, но не сегодня.

— Может, я и не хочу? — ты нахмурила брови, намереваясь показать, что его слова могут тебя задеть.

Его ладонь легла на твою кисть, заставляя разжать наконец пальцы и остаться без опоры. — Боря, ну что ты... — ты не успела договорить, чувствуя, как теряешь равновесие.

— Ты погляди, я в ударе сегодня: девчонки так и вешаются, — Боря усмехнулся, перехватывая твой локоть, когда ты пыталась за него зацепиться.

— Да иди ты! Ловелас хренов! — его шуточки совершенно не нравились тебе в данный момент, но они не мешали цепляться за рукав его куртки. Равновесие важнее принципов, по крайней мере сегодня.

Но оставить тебя в покое Боря точно не мог. С чего-то он решил, что его миссия — научить тебя кататься, и несмотря на все недовольства, у тебя просто не осталось выбора.

Его рука все еще держала тебя за локоть, пока вторая придерживала спину. — Видишь? Все не так страшно, — констатировал он так спокойно, словно если сейчас отпустит тебя, то ты не просто не упадешь, а еще и хореографическую дорожку шагов исполнишь после которой тебя сразу же возьмут в сборную по фигурному катанию.

Происходящее восторга у тебя не вызывало, поэтому как только он тебя отпустил, истратив всю свою удачу, ты почти сразу же умудрилась поцеловаться с бортиком.

— Вот тебе и свидание! — недовольно прошипела ты, когда наконец отошла от падения, касаясь переносицы, что болела посильнее, чем голова при простуде.

— Бля... — его рука осторожно коснулась твоей щеки, вытирая следы крови.

— Всё плохо? — ты посмотрела на него с какой-то надеждой, все же желая услышать что-то успокаивающее.

— Ты в любом случае все еще красивая, — с какой-то долей смущения в голосе ответил он, поднимаясь на ноги.

— Ну спасибо, успокоил! — ты попыталась коснуться переносицы, но это отдалось лишь болью и судя по следам крови на пальцах там была отличная ссадина. То что нужно для приближающихся праздников.

Боря оглянулся, пытаясь обозначить для себя местонахождение учителя, которого конечно же придется оповестить о произошедшем, после чего наконец вернулся к тебе: — Ты встать сможешь? Или тебя на руках нести как принцессу? — с его лица все ещё не сползала улыбка, но с этим он поделать ничего не мог. Он ведь улыбался из-за тебя, а не из-за сложившейся ситуации.