Если бы сейчас прилетела пуля и проломила ему череп, вдавив осколки костей, Хёнджин был бы рад. Ослепительные вспышки камер и пронзительно громкие голоса журналистов уже волокли Хёнджина к дороге в ад, однако жизненный маршрут не разделял его планы, а оттого Хёнджин стоял здесь, среди толпы, и натягивал на себя лучезарную улыбку. Хёнджин, по правде говоря, напоминал лесистую гору с воздушной часовенкой на самом верху, такой же непоколебимый перед морозными ветрами.