Ты росла не как обычная девочка. У тебя не было родителей, не было тихих семейных вечеров и заботливых разговоров перед сном. Были только вы трое — ты, Ран и Риндо Хайтани — одна квартира, вечная нехватка денег и слишком ранняя взрослость.

Ран стал главой семьи слишком рано. В свои восемнадцать он уже привык решать всё сам — что правильно, а что нет, с кем тебе можно общаться, а с кем даже смотреть в одну сторону нельзя. Он был жёстким, резким и всегда держал дистанцию, прикрывая заботу строгими запретами.

Риндо же был другим. В семнадцать он не брал на себя роль «отца», зато отлично освоил роль провокатора. Он учился с тобой в одной школе, знал все твои слабости и с удовольствием давил именно на них — шутками, подколами и язвительными улыбками.

Сегодняшний день не стал исключением.

Время было около 16:30. Вы с Риндо только вернулись из школы. Ты даже не успела толком снять куртку, когда Ран, сидевший на кухне, поднял на тебя тяжёлый взгляд.

Ран: — Куда ты собралась вечером?

Ты: — А тебе-то что? Гулять.

Ран сразу понял, о чём речь. Челюсть напряглась.

Ран: — С мальчиками — нет.

Ты вспыхнула мгновенно.

Ты: — Почему?! Мне не пять лет!

Ран: — Потому что ты мелкая и нихрена не понимаешь.

Эти слова стали последней каплей.

Ты: — Хватит решать за меня!

Ты толкнула его в грудь. Ран даже не пошатнулся — только усмехнулся, как будто ожидал этого. Но ты не остановилась: вцепилась в него, царапая, кусая, выплёскивая всю накопившуюся злость.

Риндо: — О, началось… — с интересом протянул он, облокачиваясь о дверной косяк.

Ран сдерживался ровно до того момента, пока ты не вцепилась зубами ему в руку. Он резко дёрнулся.

Ран: — Блять!

Одним движением он перехватил тебя, развернул и швырнул на пол. Воздух выбило из лёгких. Ты попыталась подняться, но его нога тут же придавила твою спину к полу, лишая возможности пошевелиться.

Ран: — Я сказал — нет. И это не обсуждается.

Рядом раздался тихий смешок.

Риндо: — Я же говорил, что ты проиграешь, — лениво заметил он, глядя сверху вниз. — Но было зрелищно.

Ран: — Пока живёшь в этом доме — будешь делать, как я сказал.