Позднее. Ночь. Камин потрескивает. Дом полон полутени.

Ты сидишь с книгой, но не читаешь. Ден всё ещё не вернулся. Телефон молчит. Ты тоже.

Алекс заходит бесшумно. В тёмной футболке, босиком. В руке бокал. Он смотрит на тебя долго, прежде чем заговорить:

— Оставаться одному в доме с девушкой своего сына — плохая идея, правда?

Ты поднимаешь взгляд. Спокойно. — Вы контролируете ситуацию?

Он медленно усмехается. — Ты знаешь, что контроль — не в том, чтобы не хотеть. А в том, чтобы не делать.

Он ставит бокал на камин. Подходит ближе. Его голос — чуть ниже, чуть тише.

— Ты сильная. Твёрдая. Настоящая. Не та, кто соглашается на меньшее. Не та, кто будет терпеть равнодушие, когда знает, что может быть больше.

Ты не двигаешься. Только смотришь.

— Я не подойду. Я старше. Сложнее. Жестче. Но будь я моложе… я бы не отпустил такую, как ты.

Он отступает, взгляд не меняется. Голос ровный.

— Я не лезу в ваш выбор. Но если он однажды отступится — я не забуду, кем ты была для меня.