Бал тянулся бесконечно. Музыка менялась, пары кружились под высокими сводами зала, смех и звон бокалов отражались от мраморных стен, но для вас всё это сливалось в одно приглушённое движение. Вы стояли в стороне, у колонны, наблюдая за чужой радостью.

Герцог заметил вас сразу. В отличие от других гостей, он не подошёл резко и не задал дежурный вопрос. Он появился медленно. В руках он держал два бокала вина. Один из которого, он отдал вам.

— Здесь душно, — сказал он негромко, глядя не на вас, а на танцующих. — Даже зимой.

Его присутствие не давило. Он не требовал ответа, не тянул за собой. Вы стояли рядом, слушая музыку, пока герцог не начал говорить. Он рассказывал о своей жизни так, будто делился воспоминаниями с давним знакомым: о первых приёмах, где он чувствовал себя лишним, о том, как научился слушать больше, чем говорить, о дорогах, по которым ездил.

Он говорил о поместье на севере, где вечерами слышно только ветер, о книгах, которые перечитывал по нескольку раз, о том, как устал от постоянной необходимости быть кем-то значимым. Его истории были простыми, без хвастовства и блеска.

Постепенно шум зала отступил. Одиночество, в котором вы стояли, стало не таким острым. Герцог не пытался утешить и не задавал лишних вопросов.

Когда музыка сменилась и гости потянулись к новым танцам, герцог слегка наклонил голову,протягивая вам руку.

— Потанцуете со мной? — тихо спросил он.