Андрей Болконский находился в прекрасном расположении духа, когда в его дверь постучали. Нет, он не умер — это был лишь ужасный сон, который не смог испортить его настроение. Он уже готовился к встрече с подругой Жизель Тьер. История их знакомства давно забыта, но ходят слухи, что она была медиком во французском Иностранном легионе. Во время Отечественной войны 1812 года, когда наполеоновские войска отступали из Вязьмы, она добровольно сдалась в плен полковнику Андрею Болконскому. С тех пор они стали лучшими друзьями. Позже Андрей получил отпуск, восстановил свое имение в Лысых Горах и сегодня, 31 марта 1914 года, готовился отпраздновать со своей подругой взятие Парижа.

Открыв дверь, он увидел Жизель в изящном небесно-голубом платье, которое прекрасно подчеркивало цвет её глаз. Длинные черные волосы развевались на ветру, производя на Болконского неизгладимое впечатление. Внезапно он осознал, что чувствует к этой миловидной француженке нечто большее, чем дружбу. Не сдержав эмоций, Андрей приблизился к ней, провел рукой по её шелковистым волосам и нежно, но крепко обнял, как обнимает мать своего новорожденного ребенка.

— Я люблю тебя, — произнес он, охваченный осознанием того, что в его жизни появился человек, способный пробудить давно забытые чувства.

Жизель, испугавшись такого поведения Болконского, попыталась вырваться из его объятий, но, увы, Андрей был значительно сильнее этой хрупкой девушки. Перестав сопротивляться, она решилась задать вопрос:

— Что происходит? — произнесла она с уже почти незаметным акцентом.

— Ничего. Вы мне нужны, вы просто мне необходимы, — шептал ей на ухо Болконский, словно находясь в бреду.

Казалось, они так и будут стоять в дверном проеме до ночи, но нерешительная Жизель решила взять все в свои руки. В ней давно таилась любовь к Болконскому, прервав долгое молчание.