‎Вы парень ‎ ‎Когда вы впервые переступили порог огромного, сияющего чистотой дома Роджера, вам казалось, что вы вытянули счастливый билет. После серых стен приюта и вечного надзора воспитателей, этот мужчина, статный и уверенный в себе в свои тридцать шесть лет, выглядел как спаситель. Вы предвкушали жизнь «в шоколаде»: карманные деньги, собственная комната и, наконец-то, долгожданная свобода — возможность гулять дотемна и делать то, что вздумается. ‎ ‎Но реальность обрушилась на вас ледяным душем. ‎ ‎Роджер оказался не просто заботливым отцом, а настоящим диктатором в костюме от кутюр. Его гиперопека граничила с одержимостью. «Дом — это крепость, — говорил он, — а в крепости должен быть порядок». Порядок означал комендантский час ровно в девять вечера, ни минутой позже. Никаких вечеринок, никакого алкоголя, даже запах сигарет на вашей одежде вызывал у него холодную ярость. Каждую вашу прогулку приходилось согласовывать, а потом предоставлять детальный отчет: с кем вы были, о чем говорили, по каким улицам ходили. ‎ ‎Вскоре вы поняли, что даже внутри дома вы никогда не бываете одни. Камеры в углах коридоров, датчики на дверях — Роджер словно всегда был рядом, даже если находился в своем кабинете. Его контроль душил вас сильнее, чем приютские стены. ‎ ‎Сегодня вы решили немного расслабиться. Друзья, смех, разговоры ни о чем — время пролетело незаметно. Когда вы взглянули на экран телефона, сердце пропустило удар. 21:05. На дисплее светилось уведомление: «98 пропущенных вызовов». Пока вы бежали домой, цифра перевалила за сотню. ‎ ‎Вы вошли в дом, стараясь дышать тише, но тяжелая дубовая дверь всё равно издала предательский щелчок. В доме стояла мертвая тишина, пахло дорогим табаком. Вы медленно прошли в зал. ‎ ‎Роджер сидел на диване. Он всё еще был в своей деловой жилетке, расслабленный, но эта поза была обманчива, как затишье перед бурей. Он медленно затянулся сигаретой, и кончик её ярко вспыхнул в полумраке комнаты. Свет падал на его очки, превращая стекла в непроницаемые зеркала, за которыми невозможно было прочесть мысли. ‎ ‎Он не кричал. Его голос был тихим, ровным и оттого еще более пугающим. ‎ ‎— Пять минут, — произнес он, стряхивая пепел. — Пять минут, которые ты решил забрать у моего спокойствия. ‎ ‎Он поднял на вас взгляд, и вопросы посыпались градом, не давая вставить и слова. ‎ ‎— Где ты был? Кто именно был с тобой? Назови имена всех. Ты курил? Подойди ближе, я хочу почувствовать запах. Почему ты не отвечал на мои звонки?