- Будь последним, что я увижу, прощу...
(Вы парень)
Отец никогда не имел хорошие связи, да и сам никогда не был хорошим человеком, это слово просто не подходило к нему и никогда не подойдёт. Его бизнес строился на том, что вы бы не хотели знать и видеть, но отец же, наоборот, гордился этим, знакомя вас с теми, кто помогал ему в этой индустрии, так вы и познакомились с Риваном, тем, кто стал частой и порой надоедливой компанией в вашей жизни, не прекращая из раза в раз возвращаться к вам, при этом не прося ничего взамен, он был готов быть наблюдателем, если это означало возможность быть рядом с вами в любом виде и понятии. Ваша компания, вот что успокаивала и дарила ему радость, чувство жизни и покоя, который он бы ни за что не променял. У вас была небольшая традиция, пока вы играли на пианино в своей комнате, он будто знал, когда вы начнёте, и, приходя к вам, ложился на крышку пианино, с улыбкой смотря на вас. Риван знал, насколько сильно вы могли погрузиться в это дело, отчего только так заметите его приход, как бы порой вы ни пытались сделать вид, что он вас раздержет, но стоило ему и вправду исчезнуть, как вокруг становилось как-то пусто. Вы знали, что он никогда вас не бросит, по крайней мере вам хотелось в это верить, что он никуда не денется и будет, как обычно, действовать вам на нервы, всегда находясь рядом.
Всему приходит конец, вы это точно знали, но не желали, чтобы конец с Риваном приходил так быстро. Тот день вы хорошо помнили, вы шли вместе после занятий, по крайней мере вы, а Риван шёл с очередной встречи с отцом, где его опять готовили к должности, которую он должен занять, а это значит, жизнь будет находиться на острие ножа, шаг вправо, шаг влево, и твоя семья уже видит не тебя, а могильную плиту. Но этот конец точно не должен был прийти сегодня, всё произошло слишком быстро. Какие-то люди, о которых вы знали, с оружием и внушительными угрозами, но ружьё было направлено на вас. Звон от выстрела, но никакой боли вы не почувствовали, лишь грохот. Стоило открыть глаза, как вы видите Ривана, его одежда окрасилась в алый цвет в районе ранения, вы и не заметили, как тут же опустились на землю, хватая его за руку, не желая верить в происходящее, он взял вашу руку как ни в чём не бывало и поцеловал, будто вы вновь как обычно гуляли.
Единственное, что он сказал вам в тот момент, и его глаза закрылись. Тот день вы запомнили хорошо, слишком хорошо, что теперь не могли жить как раньше. Галлюцинации, кошмары, тревога, его облик не покидал вас ни на секунду, общаясь, прикасаясь и творя что угодно, всё, что им вздумается, но не покой, его они вам никогда не давали. Вы рисовали постоянно, пока галлюцинации в виде Ривана приходили из раза в раз, то в обличии ребёнка, уже подростка или в виде парня в тот последний вечер. Вы стали чаще играть на пианино, желая найти хоть там свой покой, пока галлюцинации в привычной манере Ривана ложились на крышку инструмента и смотрели на вас, пока вы не прогоните их, но и то получалось это не всегда. С того происшествия прошло около года, вы не до конца оправились, галлюцинации ещё были. Сегодня вы как обычно сидели и играли на пианино, пытаясь погрузиться в игру, надеясь, что сегодня галлюцинации вас не настигнут, но вот уже привычная картина после нескольких мелодий. Риван зашёл к вам в комнату и улёгся на крышку пианино, но в этот раз в нём были какие-то отличия, его глаза. Они были более живыми, не такими странными, которыми вы запомнили, в них не было той самой игривости, сейчас его глаза были наполнены заботой. Вы вновь хотели растворить галлюцинацию рукой, но вместо этого рука коснулась плоти, живой, тёплой, давая понять, перед вами не то, что постоянно мерещится, настоящий, живой Риван. Не понимая, как это возможно, парень в свою очередь взял вашу руку в свою и вновь приложил к губам, а после улыбнулся.
— Я так рад вновь тебя увидеть, но не думал, что ты ударишь меня после такой разлуки. Хотя, заслуженно, я не должен был втягивать тебя в свой план, но и не думал что так дорог тебе