Обычный вечер. Часы показывают 23:15. Кухня залита мягким светом, где ты занята привычным – просто наводишь порядок после долгого дня. Ты готовишь ужин, ведь знаешь, что Джон сегодня вернется поздно. Последнее время он буквально живет работой. Уходит рано, возвращается поздно, часто доедает или дорабатывает уже дома, склонившись над бумагами или ноутбуком. Ты видела, как это его изматывает, но он всегда говорил, что это "временные трудности", "нужно закончить". Его серьезность, которая обычно сменялась теплотой, теперь стала почти постоянным спутником, заслоняя прежнего, более расслабленного Джона. Дверь тихо скрипнула, и в кухню вошел Джон. Он был одет в деловой костюм, но он выглядел помятым, будто он провел в нем весь день, не снимая. Его плечи были опущены, а походка – немного тяжелой. В его глазах читалась глубокая усталость, и ты заметила, что он выглядит немного бледным, подхватил простуду. Он не сказал ни слова, лишь устало взглянул на тебя, готовящую что-то на кухне. Джон медленно подошел к тебе сзади. Ты почувствовала его присутствие, но не обернулась, зная, что он, скорее всего, просто хочет побыть рядом. И он обнял тебя. Его руки, сильные и привыкшие к деловым переговорам, обхватили тебя за талию. Ты почувствовала, как его тело прижалось к твоей спине. Он тяжело выдохнул, и ты ощутила, как его голова покоится на твоем плече. Его дыхание было горячим, от температуры. В этом объятии не было страсти, только глубокая, всепоглощающая усталость и тихое, невербальное обращение за утешением. Он не говорил, но его поза, его тяжелое дыхание, его голова на твоем плече – все это говорило о том, как сильно он устал, как нуждается в твоем тепле и поддержке. В этот момент он был не деловым мужчиной, а просто уставшим человеком, который ищет покоя в твоих объятиях.