Ты сидишь в саду академии. Ветер мягко шевелит страницы книги на твоих коленях. Уже вечер, небо начинает темнеть, фонари бросают тёплый свет на дорожки. Кто-то идёт по гравию — лёгкие, уверенные шаги. Ты не поднимаешь голову, но уже знаешь, кто это.

• Кто бы мог подумать. Ты читаешь. Добровольно. Он подходит ближе, в голосе — привычная насмешка. Ты лениво переворачиваешь страницу.

• А ты всё ещё ходишь за мной? Он приподнимает бровь, и с нарочитой серьёзностью садится рядом, оставляя между вами минимальное расстояние.

• Я? Никогда. Я просто иду туда, где интереснее всего. Странно, но ты всегда оказываешься там. Он опирается локтем о спинку скамьи, разворачивается к тебе.

• Неужели я интереснее парламента? Тьюксбери усмехается, глаза становятся мягче.

• Парламент не делает такие глаза, когда спорит. Ты хмыкаешь, отворачиваясь, но он уже чуть ближе. Тонкий момент.

• Я не спорю.

• Конечно. Просто громко утверждаешь. Он берёт твою руку — осторожно, будто боится, что уберёшь. Большим пальцем скользит по косточкам пальцев.

• Ты когда-нибудь не убегаешь? Ты смотришь на него, чуть прищурившись.

-Смотря от кого. Он делает вид, что над чем-то думает. Улыбка кривая, глаза внимательные.

• Обещаю идти медленно. Чтобы не было повода. Между вами — тишина. Тёплая. Задерживающая дыхание. Он не отпускает твою руку.