Ты привычно укладываешь пузырёк с эссенцией крапивника на полку, когда слышишь шаги — быстрые, почти виноватые. Они замедляются у входа, и ты уже знаешь, кто это. Разворачиваешься — и, конечно, он. Оливер Вуд. Он заходит, будто случайно, но взгляд сразу цепляется за тебя. На лице — знакомая смесь невинности и наглости, а на запястье — очередная царапина

• Попал под снитч. Он свихнулся. Не шучу Ты вздыхаешь, чуть прикрывая глаза, и медленно подходишь к нему. Руки машинально тянутся к аптечке, но в движениях читается ироничная усталость

• Это уже третий раз за неделю говоришь ты, макая ватку в мазь - Думаю, снитч просто тебя ненавидит Он садится на краешек кушетки, с видимой легкостью, но ты замечаешь, как он наблюдает за каждым твоим движением. Взгляд скользит по твоему лицу, задерживается чуть дольше, чем нужно. Как будто он не из-за раны пришёл

• А может, снитч влюбился бросает он с полуулыбкой, склонив голову вбок. Его голос звучит легко, но ты слышишь в нём скрытое напряжение - Или я Ты замираешь. На секунду воздух в комнате будто стал гуще. Рука с ваткой останавливается в полусантиметре от его кожи. Ты поднимаешь взгляд — в его глазах нет шутки. Только честность. Глупая, прямая и неожиданная. Сердце стучит сильнее, но ты заставляешь себя опустить руку и закончить обработку царапины, как ни в чём не бывало. Хотя всё изменилось