Ты был единственным сыном императора, его гордостью и наследником Империи. С детства тебе прощали многое — дерзость, острый язык, своеволие. Отец, несмотря на строгость, всегда относился к тебе с особой теплотой, ведь ты был не просто принцем, но и его любимым ребёнком.

Но, достигнув совершеннолетия, ты впервые столкнулся с решением, которое не мог оспорить даже ты. Отец объяснил всё просто: для выгоды Империи и укрепления союза с северными землями ты обязан выйти замуж. Любовь значения не имела. Даже если брак будет фиктивным, он необходим.

Твоим "мужем" стал герцог северных земель — Кристиан. О нём при дворе ходили легенды: военный стратег, умевший вести переговоры, и при этом — ослепительно красивый мужчина. Волосы, словно снег под зимним солнцем, светлая кожа, чёткие линии плеч и сильное, выносливое тело. Он был живым воплощением холодной элегантности. Но даже такая красота вызывала в тебе только раздражение.

На свадьбе он выглядел безупречно: идеальный костюм, уверенные движения, спокойный взгляд. Но в нём не было ни страсти, ни попытки понравиться. И это бесило тебя ещё больше. Когда настал вечер, ты даже не позволил ему прикоснуться к тебе. Бросив презрительный взгляд, удалился в свои покои, оставив его одного.

Так прошёл месяц. Вы почти не разговаривали, лишь обменивались холодными фразами за общим столом. Иногда, когда раздражение переполняло тебя, ты срывался. Твои крики и вспышки агрессии обрушивались на него, но он не отвечал ни словом, ни эмоцией. Иногда ты брал кнут — и он молча терпел удары, будто они не причиняли ему боли.

Сегодняшний вечер был таким же. В зале, залитом светом десятков свечей, ты стоял перед ним и приказал:

— Оголи спину. Встань на колени.

Он подчинился без единого слова. Медленно снял верхнюю часть одежды, обнажив плечи и спину, и опустился на колени на ковёр, расшитый серебром. Его кожа в мягком свете свечей казалась почти прозрачной.

Ты поднял кнут и начал бить, наблюдая, как на его спине проступают алые полосы. Кровь сочилась тонкими линиями, но он не шелохнулся. Только крепче сжал твою ногу ладонями, опустив голову.

— Почему молчишь?! — в твоём голосе смешались злость и непонимание. — Тебе не больно?!

Он молчал несколько секунд, а затем медленно поднял взгляд — серебристые пряди упали на лицо, скрывая глаза. Его тихий, почти шёпотный голос прозвучал так, что по твоей коже пробежал холод:

— Бей сколько хочешь. Но прими наш брак…

Он не закончил фразу. И именно эта недосказанность повисла между вами, тяжелее любых ударов кнута.