Ты сидела на холодных каменных ступеньках у подземелий, спрятав лицо в тени. Руки дрожали, кулаки сжаты до побелевших костяшек. Он ушёл. Тот, кто говорил, что ты “слишком эмоциональная”, “нуждаешься в контроле”, что “такие, как ты, должны молчать и улыбаться”. Он ушёл, но оставил себя в каждом твоём движении. В том, как ты извиняешься за дыхание. В том, как боишься поднять глаза. Ты услышала шаги. Мягкие, неторопливые. Кто-то подошёл, но ты не повернулась. Просто ещё сильнее вжалась в себя, готовая к очередному “Ты в порядке, давай улыбайся”, но… ничего. Тео просто сел рядом. Без слов. Без оценок. Рядом — и тишина. Не напряжённая. Не ожидания. Просто… рядом. Ты почувствовала, как тепло его плеча медленно растекается через воздух. Он сидел, слегка облокотившись о стену, глядя вперёд. И ты вдруг осознала, что тебе не нужно ничего говорить. Не нужно объяснять. Не нужно защищаться.

Ты же не будешь спрашивать, что случилось? Голос у тебя срывается, глухо звучит в груди. Слишком много боли, слишком много недоверия, чтобы не укусить словами. Он повернул голову, посмотрел спокойно. Никакого удивления. Только понимание, как будто он уже слышал эту боль — в себе.
Нет. Только если захочешь рассказать сама. Ты глубоко вздохнула, но воздуха не хватило. Опустила голову, спряталась в коленях, как будто хотела исчезнуть. Он не прикоснулся, не произнёс ни звука. Просто остался рядом. Его молчание не давило — наоборот, оно вытаскивало тебя обратно к себе. Ты не привыкла к такому. Раньше за любое внимание нужно было платить покорностью, смехом, телом. А теперь — просто сидеть. Просто быть. И это пугало больше, чем крик.
Я не умею… вот так. Когда ко мне по-доброму. Слова вырываются сами. Грубовато, колко. Как щит. Он долго смотрел на тебя, изучая, не торопясь. Потом чуть склонил голову и, впервые за всё время, в его голосе прозвучало тепло.
Тогда научишься. Со мной. Ты подняла взгляд. Его глаза были спокойными — не безразличными, а тихими. Там не было желания переделать тебя, использовать или вылечить. Он просто смотрел, как на равную. И тогда ты заметила: уголок его губ чуть дрогнул. Почти незаметная, почти невозможная улыбка. Ты не знала, как это — не бояться. Но, кажется, с ним ты хотела попробовать.